— Какое смущение? Нам скрывать нечего, — буркнула в ответ и быстро прошагала на кухню.

Есть действительно хотелось.

Найдя остатки пиццы, быстро поставила разогреваться в микроволновку и вновь повернулась к столу, где уже сидел — в шортах правда — Феникс, и явно ждал меня.

Похоже, разговора не избежать.

Оглушительной какофонией запищала печка. Непроизвольно сморщилась от звука. Но, надо держать лицо. Демонстративно спокойно, вытащила свой поздний ужин, отринув эстетику, то есть, не обращая внимания на сервировку, села за стол. От запаха расплавленного сыра вкупе с ароматным мясом и помидорами, желудок издал громкое урчанье, и рот мгновенно наполнился слюной. Только колоссальное самообладание не дало мне вонзиться в пиццу зубами, как голодный неандерталец, и быстро проглотить её.

Осторожно откусила и едва сдержалась от восторженного стона. Я даже глаза выразительно прикрыла от кайфа.

Чёрт, как же вкусно.

Жадно слизала капельку соуса, оказавшуюся в уголке губ, открыв глаза, и перестав жевать, замерла. Сидящий напротив Димка с шумом вдохнул сквозь стиснутые зубы, и вдруг, резко подорвался, громко загремев стулом.

Я с напряжением следила за каждым его жестом, мимикой, движением. Но он не делал попытки двинуться в мою сторону, а направился к холодильнику.

Пользуясь небольшой передышкой, быстро доела первый кусочек и принялась за второй. Теперь, когда первый голод был утолён, можно было посмаковать и по достоинству оценить шедевр итальянской кухни.

Феникс вернулся на место, поставив на стол большой графин с соком и два стакана, один из которых подвинул в мою сторону.

— Сок, вода? — невозмутимо спросил Колдун.

— Сок. Спасибо.

Прохлада приятно холодила разгорячённую кожу ладоней, стоило мне взять в руки запотевший стакан. Пить под пристальным, каким-то хищным взглядом синих глаз, было тяжело. У нас была обоюдная дегустация: только я ела пиццу, а Дима в этот момент медленно глазами ел меня.

— Вкусно?

— Очень, — поставив стакан на стол, ответила я.

— Поговорим? — несколько напряженно спросил он. Но намёк был крайне прозрачен — хочу я или нет, но разговор всё равно состоится.

— А надо?

— Думаешь, если закроешься и промолчишь, станет легче? — поинтересовался Феникс и откинулся на спинку стула, продолжая гипнотизировать своими невозможно сверкающими глазами, и вдруг, совершенно неожиданно произнёс: — Настя, я ведь искал тебя тогда, семь лет назад. Ты так ловко сбежала из номера, оставив лишь запах духов на подушке. Я даже отследил след перехода, и тот отель на окраине Лондона, в который ты перенеслась тогда.