— Таня?

— Таня, — отрицать было бессмысленно. — Ты знаешь, один раз я ещё смог пережить потерю, но второй… Да, дал слабину. Да, сдался и пошёл на риск. Но это лучше, чем медленно сжигать себя изнутри, мечтая о той, которую никогда не найду.

— Дим…

— Да, я тёмный, да Колдун. Но в первую очередь я — Феникс, и к своей заветной цели буду лететь, сжигая все преграды напалмом. Так что хочешь ты того или нет, но ты — моя, и я никуда тебя не отпущу. Лучше сразу смерть.

Сказал и замер, переводя дыхание.

Слов больше не было, мыслей тоже. Теперь, когда огненная волна гнева и боли схлынула, оставив после себя лишь выжженную пустоту, оставалось только ждать ответа. Смотреть в расширенные глаза цвета шоколада и ждать, если не приговора, то хоть какую-нибудь реакцию. Но хотелось бы адекватную.

Мгновение складывалось в секунды, секунды в минуту. А они всё стояли друг напротив друга, неотрывно глядя в глаза. Сердце отбивало ритм ритуальных барабанов в груди, а пальцы уже начало сводить от напряжения.

«Пожалуйста… поверь мне…», — кричало всё у него внутри. Всё уже было сказано.

— Я… — прошептала девушка тихо. — Я ведь тоже так и не смогла забыть. Заставляла себя, силой вытравливала память об инициации, но так и не смогла… Думала, что маски спасут от этого безумного наваждения, не получилось. Я продолжала помнить тебя… всегда…

Быстрые шаги, обогнуть стол и застыть друг на против друга. Лишь несколько жалких сантиметров, и всё еще боялась коснуться. Вдруг всё это лишь мираж, наваждение. Коснёшься — и всё растает в дымке сна.

Не исчезла.

Феникс ласково провёл подушечками пальцев по её лицу, коснулся губ и… резко притянул к себе, зарываясь лицом в волосы.

— Настя… моя Настя… моя.

Провести руками по всему телу, прижимая к себе до боли, до вздоха, до стона. Дышать воздухом, что был буквально пропитан её ароматом. Коснуться губами лица и вздрогнуть.

— Ты плачешь? — Феникс обхватил её личико руками, обеспокоенно заглядывая в глаза. — Насть… ну что ты?

Помотала головой и прижалась к его губам в быстром поцелуе.

— Твоя, — оторвавшись, прошептала девушка и рассмеялась, когда Дима подхватил её на руки, и закружил. — Отпусти, сумасшедший.

— Не отпущу. Никуда не отпущу, — совершенно серьёзно ответил он.

И снова поцелуи, быстрые и невесомые, что с каждым мгновением становились всё жарче и настойчивее. Невозможно оторваться друг от друга, даже для того, чтобы сделать глоток воздуха.

Десяток шагов в гостиную и мягкость дивана, на который мужчина бережно уложил девушку. Застыл на мгновение, вглядываясь в глаза, всё ещё не в силах поверить, в то, что это, действительно, правда. Провёл рукой по тёмным волосам, шелковистой волной обрамляющие девичье лицо.