— А вы часто упокаивали кладбище? — захлопала ресничками Джулия.

— Только как помощник. Не с моим уровнем сил, — привычно улыбаюсь я и с трудом сдерживаюсь чтобы не коснуться одной из серёжек в ушах.

Обычные такие, совсем недорогие серёжки — белое золото и маленький кристаллик. Но никто из окружающих даже не подозревал, насколько мощный это артефакт. Нет, отголоски улавливали, но точно сказать не могли. А для меня эта самая лучшая защита… и единственная на данный момент.

— Мисс, Матиас, а что может пойти не так? — вскинул руку Дилан.

— В каком смысле? — я даже слегка тряхнула головой, чтобы выбросить всё ненужное из головы и настроиться на урок.

— Вы сказали, что если что-то происходит не так, то они могут ломаться и рваться… нити магии.

— Так, вы хотите знать, что может стать причиной разрыва?.. Их много, этих причин. Только некоторые разрывы бывают совсем крохотные, и сами быстро зарастают, а некоторые приходится залатывать в чрезвычайно-экстремальном режиме, чтобы не случилась беда… Смерть Некроманта может послужить причиной такого разрыва… насильственная смерть Некроманта.

— А вы сталкивались с такими последствиями? — не унималась девочка.

Сердце непроизвольно сжалось от боли и тоски.

Сталкивалась ли я… да, и запомнила на всю жизнь.

Лето, удушливая жара и противный запах оплавленного асфальта…

… и пепел по ветру. Странный пепел, беспорядочно оседает на землю огромными хлопьями. Я смотрю только на эти хлопья, да готова смотреть куда угодно, лишь бы не на искорёженную машину. Точнее то, что от неё осталось после пожара. Но эта жуткая груда металла так и манит к себе, хочется подойти ближе, коснуться её… словно проститься с ним в последний раз.

— Нет, не видела, но много слышала, — быстро ответила ей, из последних сил растягивая губы в улыбке.

Нельзя было это вспоминать. Даже спустя столько лет я не могла смириться с этой болью от потери и чувством бесконечного одиночества.

Уроки сменяются один за другим, так же быстро мелькают лица детей. Я знала каждого из них по имени, знаю способности и уровень каждого. Мне нравилось разговаривать со своими учениками, открывать для них что-то новое. Но сейчас чувство лёгкости от общения с детьми куда-то исчезло, стоило мне только вспомнить события шестилетней давности.

Я словно вновь видела перед собой этого красивого мужчину с чёрными волосами, слегка посеребрёнными у висков, с умными и такими родными серебристо-серыми глазами и сетью мелких морщинок под ними. Высокий, худощавый, невероятно сильный и опасный, но такой родной и близкий. Намного ближе чем родная мать и лучшие друзья. Потому что он знал меня как никто другой и принимал такой, какая я есть.