— Я позабочусь о преподавателях и, думаю, многие из РАМа согласятся преподавать… все, кроме Эверуса, — Макс прищурился. — Для зоомагии хватит королевского заповедника и Лестри.

Вспомнилось, как оборотень намекнул мне о своих чувствах, я тут же кивнула. Слишком быстро, чтобы Макс что-то не заподозрил. Но несмотря на это, распрашивать он не стал.

Мы вошли в домик и здесь…

— Бабуля? — удивилась я, увидев леди Энштепс, восседающую за столом и мирно попивающую чай.

Макс спрятал улыбку в уголках губ. Её вдовствующее величество поднялась, прочистила горло и сказала:

— В выделенном мне жилье сломался водопровод. Какой-то вандал буквально вырвал трубы.

Какой-то? Я почти уверена, что имя этого вандала начинается на «Эн» и заканчивается на «штепс».

— Только трубы? — уточнил Макс весело. — Маловат для вас масштаб.

— Не только, — горделиво заявила бабуля. — Ещё крыша протекает — дыра размером с мой кулак, а если дождь пойдёт? Я намокну, учитывая, что протечка прямо над кроватью.

— Я так понимаю, предлагать помощь в перестановке мебели не стоит? — продолжал забавляться король.

— Не смею беспокоить ваше величество, — отозвалась бабуля. — К тому же там ведь и у кровати ножка подпилена была, я как села — всё сразу сломалось. Такое уже и не передвинешь.

— Бабушка, там вообще домик остался стоять после твоего нашествия? — уточнила я, и леди Энштепс широко улыбнулась.

— Результат скажу после того, насколько быстро эльфы устранят нынешние поломки, хотя уверена, до моего сна не управятся… А я уже спать хочу. Решила разделить сегодня кровать с тобой. Как в детстве.

— Бабушка, я не ребёнок, — напомнила я.

— Если бы ты была ребёнком, я бы не стала ломать ничего в домике, — хмыкнула леди и многозначительно взглянула на короля.

Макс отчего-то улыбался. Ему весело! У нас тут в личную жизнь вмешиваются, а ему весело.

— Вы же понимаете, что через три недели она будет безраздельно моя? — уточнил Владыка.

— То через три недели, — фыркнула леди Энштепс, — а то сейчас, ваше величество.

Макс вздохнул и подошёл ко мне, наклонился ниже и… поцеловал! Прямо на глазах у леди Энштепс. Легко, невесомо, но так сладко, что я зажмурилась на мгновение.

— Спокойной ночи, Купава. — И уже бабушке: — И вам, ваше величество.

Макс ушёл в свою комнату, а бабушка почти восхищённо глядела ему вслед. Наконец пробормотала:

— Нет, ну он просто потрясающий! Где ты такого взяла? Столько наглости не было даже у твоего деда!

Я захихикала и аккуратно покачала Крепыша в ладони.

Мой Максимилиан… самый потрясающий, невероятный и любимый дракон на свете.