На седьмой день Илиас привычно провожал меня до домика. Макса и леди Энштепс ещё не было, и я пригласила дракона выпить чаю. Он отказался, но в итоге задержался на пороге.

— Вы знаете, как происходит закрепление связи между драконом и его избранницей? — Я не ответила, а наставник короля продолжил: — В первую ночь. Магия дракона попадает в тело избранницы, и пути назад нет — проявляются метки, которые ощущают лишь двое. Не в храме, ваше высочество, а на брачном ложе. Поэтому его величество избегал вас, чтобы всё было по правилам, вернее, по человеческим традициям. Потому что для драконов не существует такой условности. Когда мы сделали выбор, то наша звериная сущность стремится присвоить ту, что уже принадлежит нам. Его величество долго спорит со своей ипостасью, огонь выжигает его — Максимилиан очень сильный маг, поэтому огонь настиг его раньше, чем всех предшественников. Ему нужны наследники, но в первую очередь ему нужна его избранница.

Я открыла рот, не зная, что и ответить на это. Илиас как всегда — выложил всю правду-матку как на духу. Я хватала ртом воздух, но так и не находила оправданий своему невежеству. Макс ведь намекал на это, но в тот момент я недостаточно его поняла, а сам дракон играл в благородство, отталкивая меня всякий раз, когда я готова была отдать ему всю себя.

Он хотел для меня сказки — подвенечного платья, свадьбы и моего истинного согласия, а не вынужденной меры. Ему казалось, что если он расскажет мне, то я пересплю с ним для того, чтобы избавить его от выжигающего огня, а не потому, что желаю этого.

— Неужели он не видит, что я готова к близости? — прошептала и запоздало поняла, что сказала это вслух.

Покраснела. Илиас ухмыльнулся.

— Когда влюбляемся, становимся нерешительны, мнительны и подвержены сомнениям. И даже его величество не исключение. Он привык быть сильным, и вы, ваше высочество, его слабость. Ему тяжело признаться в этом даже самому себе.

— Спасибо, Илиас, — улыбнулась я. — Большое спасибо.

Дракон улыбнулся в ответ и вышел, а я ещё некоторое время смотрела на закрытую дверь, а затем метнулась в спальню, а оттуда — в ванную.

Я часто задумывалась о комплекте, который Хмилья положила мне с собой — вот же, продуманка! Это те самые бюстье и трусики цвета слоновой кости из модного салона в Альтории. Сколько раз я думала надеть их, а потом… не надевала. Бабушка ночевала со мной каждую ночь, и каждую ночь я думала о том, как бы уйти в спальню к Максу.

Ужасные мысли, развращённые, но они буквально преследовали меня, сводили с ума. Тело горело и не желало поддаваться логике. Однажды я даже решилась и вышла, встретившись с Максом в общем коридоре. Он был в одних брюках, с мокрыми волосами и ужасно холодный.