Слуги во дворце сразу узнали меня и забегали — усадили на диван в гостиной, укутали одеялом и пообещали принести чай. Я завернулась в тёплую ткань и смотрела на тлеющий огонь в камине. А ведь я не чувствовала холода, пока шла сюда…

— Купава!

До боли знакомый и любимый голос вырвал меня из оцепенения. Я поднялась, сбросив одеяло, и тут же была заключена в крепкие мужские объятия. Отец поцеловал в макушку и продолжил обнимать меня — первый раз я видела, как по его щекам текут слёзы.

— Почему ты плачешь? — спросила растерянно.

Хогард отстранился, посмотрел в сторону — мужчины сдерживают слёзы, и сейчас он силился их унять, но покрасневшие глаза говорили, насколько ему сложно это давалось. Такой сильный, крепкий мужчина и плакал из-за меня… сердце наполнилось печалью. Я подалась к нему и провела ладонью по щеке.

— Папа…

— Ты стала такой же, — тихо сказал он и посмотрел на меня. — Я чувствую в тебе ту же силу, что была в твоей матери. Что она сделала с тобой?

— Я сама, — честно ответила я. — Сама приняла силу, чтобы спасти тех, кто мне дорог.

А дорог мне весь мир. Я люблю всё живое. Не хочу, чтобы тьма забирала хоть кого-то, пусть то будут пришлые фейри или исконные драконы.

— Тьма ушла. Она больше не вернётся.

— Купава, — застонал отец, — ну нельзя было где-то тихо-мирно отсидеться?

Я грустно улыбнулась. Мы сели на диван. Нам принесли чай и суп. Я ела из фарфоровой супницы большой ложкой, укутавшись одеялом, и рассказывала всё произошедшее. Вскоре я отложила еду и, подтянувшись к отцу, обняла его. Пришли леди Клоретт с Виалесом. Я долго обнимала мальчишку, ероша непослушные вихры и понимая, насколько соскучилась по семье.

— Многое тебе пришлось пережить за последнее время, Купава, — улыбнулась мачеха. — Сначала предательство Цергов, а затем — собственной матери.

— Если мотивы матери мне ясны, то Церга…

— Боюсь, что в этом виновата я, — женщина прикусила губу. — Когда-то давно Фамир влюбился в меня, но я отказала ему, апеллируя тем, что у него уже есть дочь. А спустя несколько лет я влюбилась в твоего отца и приняла его предложение.

— Только вот у отца тоже была дочь от первого брака — я, — напомнила я, и женщина кивнула.

— Я использовала не слишком удачную отговорку, когда отказывала Фамиру, но он мне её припомнил и буквально возненавидел из-за этого… не меня, а тебя.

Я вздохнула.

— Некоторые мужчины совершенно не принимают отказа, — поделилась я.

Например, Ярат, за что жестоко поплатился. Но по крайней мере я угадала, предположив, что не просто так Церг решил предать нашу семью.