Ну и, признаться, несколько боялась, что Макс может выйти из-за очередного дерева. Спросит: «А ты тут какими судьбами, почему без приглашения?» А вдруг с ним явится и Айрис? Интересно, а её величество уже знает о рокировке невест?
— Его величество уже в пути, — с улыбкой отозвалась фрейлина. — Вас это… беспокоит?
И смотрит так проникновенно, даже несколько насмешливо. И вдруг её зрачок вытянулся. Причём не из-за того, что она потеряла контроль над эмоциями — нет, совершенно осознанно. Я даже споткнулась, но смогла удержать равновесие. Когда во второй раз посмотрела на Илону, её зрачок был уже обычным, но девушка продолжала улыбаться.
— Что-то не так, принцесса? — обеспокоилась она.
— Просто удивлена откровенностью ваших намёков, — честно ответила я. — Вы всем рассказываете о своём происхождении или я избранная?
— Избранница, если быть точной, — весело отозвалась Илона и вновь пригласила меня последовать с ней. — Избранница его величества. И я знаю, что вы посвящены в нашу тайну, поэтому и решилась сократить между нами дистанцию, чтобы вы не стеснялись рядом со мной быть искренней.
— Не вижу причины, почему я должна быть искренней с вами, — пожала плечами. — Меня это скорее настораживает. Обычно люди не обнажают душу перед незнакомцами, если не желают получить выгоду.
— Как вы правильно заметили, это делают люди, — выделила последнее слово девушка. — Вы для нас отныне не чужая. Скорее даже своя.
— Его величество расторг помолвку, если вы не знали, — призналась, едва сдерживаясь, чтобы горестно не вздохнуть.
Мы подходили к стеклянной оранжерее — я сразу почувствовала смену температуры, внутри наверняка было тепло, потому что снег вокруг стен оранжереи растаял.
— Возможно, я пожалею о том, что скажу вам, но… — Девушка прикусила губу, — личная жизнь короля часто становится достоянием общественности, об этом говорят открыто. Так вот, о личной жизни Максимилиана Раманского в последние месяцы никто ничего не слышал. — Я растерянно моргнула, девушка подалась ко мне и доверительно добавила: — Вообще никто. Ничего. Не слышал. А есть ли у него сейчас эта жизнь?
Она пожала плечами, вздохнула и последовала дальше. Мои щёки порозовели, я хлопала ресницами и смотрела перед собой, ничего не видя. Она намекает на то самое, что происходит за закрытыми дверями спальни? И у Максимилиана, скорее всего, никого не было несколько месяцев? Я не задумывалась об интимной стороне жизни короля, но сейчас… сейчас этот факт не только потряс меня, но и взбудоражил.
О похождениях раманского монарха слышала даже я. Красавец, сердцеед, герой войны. Вслед ему вздыхали многие, но он выбрал хранить верность? Или просто не желал никого, кроме… меня?