Мне совершенно не хотелось бередить старые раны.

— Ты уверена, что мне нужно это знать? — тихо спросила я.

Нимфа даже не повернулась ко мне.

— Это решать лишь тебе.

Я постояла с минуту и развернулась. Уже в дверях столкнулась с леди Энштепс. Она заглянула мне за спину, видимо, не найдя там Максимилиана, обхватила меня за плечи и увела подальше.

— Поедем, моя дорогая, иначе опоздаем в оперу.

— Бабушка… ты знала, что во дворце вместо библиотекаря — нимфа?

— Почему же вместо? Она чудесный библиотекарь.

— Пусть будет так. Этот чудесный библиотекарь намекала, что моя мама могла стать нимфой… разве такое возможно? Не знала, что нимфой может стать человек.

Леди Энштепс сбилась с шага. Заглянула мне в глаза и тут же отвела взор.

— Редко, очень редко, — отозвалась бабушка, поджав губы. — От сильной боли и скорби. Я не представляю, чем бы Хогард мог обидеть твою мать, чтобы она стала нимфой.

— Я тоже, — пробормотала я. — Но если она стала нимфой, значит, она где-то ещё существует?

— Кто знает, Купава. Она бросила тебя, — сжала кулак леди Энштепс и нахмурилась. — Её поступок ничто не оправдывает. Как бы сильно мы ни любили мужчину, бросать своё дитя не имеем права. Хоть косвенно, но мы обязаны оставаться в его жизни.

Меня вырастили с этой догмой. Я буквально впитала её. И именно поэтому во мне так сильно откликнулась история Максимилиана. Мы оба были брошены… но я фактически, а он — косвенно. Пусть мать и жила, но никак не присутствовала в его судьбе. Раньше я об этом не задумывалась.

— Она предлагала узнать правду, — тихо сказала я. — Та нимфа-библиотекарь.

— Только трижды подумай, насколько тебе нужна эта правда, Купава, — многозначительно и даже зло произнесла бабуля. — Не разрушит ли она то, что ты имеешь сейчас.

Не ответила. Я тоже этого боялась. Именно поэтому решила сменить тему:

— Бабулечка, у меня к тебе просьба.

— Поговорим в карете, — попросила леди Энштепс, и мы направились к выходу.

Пока шли, я отметила, что теперь причёска королевы была в полном порядке: волосок к волоску. Она была полностью готова к вечеру в опере. Когда мы сели в карету, я высказала предположение:

— Бабулечка, а ложа на двоих ведь бронируется заранее, а ты не могла предположить, что я вернусь так быстро из Авероса. Ты планировала пойти не со мной… а с кем? Например, с ректором?

— Какая ты у нас догадливая, — бабушка вздохнула. — Октавиус интересный мужчина… есть в нём какая-то тайна, загадка.

Знала бы бабуля, какая именно! Я почти уверена, что он тоже дракон. В этой Рамании куда ни плюнь, есть вероятность наткнуться на дракона. Впрочем, кажется, бабушка тоже об этом догадалась, но держит язык за зубами. Такие факты могут перевернуть многое в сознании людей.