Меня мучили многие вопросы, но больше всего какая-то странная неопределённость между нами. Сначала я сама требовала от короля предоставить мне выбор, а теперь мне словно не хватало от него решительных действий. Сама себя не понимаю! Как тяжело быть женщиной…

Я глубоко вздохнула и вымученно улыбнулась:

— Ваше величество, вы ведь не хотите, чтобы я следовала пути, избранному моей матушкой?

— А ты как думаешь? — вздёрнул он бровь и, остановившись, потянулся, заправив прядь моих волос за ухо. — Я надеюсь, твои чувства ко мне достаточно сильны, чтобы ты выбрала быть рядом со мной, а не со всей живой природой.

Когда он так уверенно говорит о моих чувствах к нему, это даже смущает. Если он уже знает о них, то почему я не увидела фамильного перстня?

Ах да, вспомнила — потому что на мне чужой помолвочный артефакт. Два одновременно на мне быть не могут — второй просто не установится. Но если на мне первый не держится, это значит, что…

Я тряхнула головой. Не время об этом думать. Есть дела поважнее.

— Живой?.. — вернулась я к теме разговора. — Ты вообще видел хранительницу? Она бездушный камень, — фыркнула я. Всё ещё трудно было принять тот факт, что моя мать — бессмертное существо. — Но я не встану рядом с ней не из-за детской обиды, а потому что это не мой путь. Не хочу через сотни лет превратиться в… мою мать. По-моему, короткая жизнь во сто крат прекраснее.

Максимилиан улыбнулся и кивнул, наклоняясь ко мне.

— Спасибо, — тихо ответила я. — Спасибо, что понимаешь и поддерживаешь меня.

— А разве может быть иначе? — Владыка взял меня за подбородок. — Ты — моя, Купава Даорг, со всеми твоими противоречиями и неуёмными эмоциями.

От его слов сердце забилось чаще. Я вдруг вспомнила, что мы находимся в сквере академии, занятия скоро закончатся и нас могут увидеть. Я немного отстранилась, и его величество вынужденно отпустил меня.

— Макс, что она сказала тебе?

— Хочет забрать долг, — отозвался мужчина тихо, и моё сердце пропустило удар. — Не волнуйся, мне есть, что ей предложить — она не сможет отказаться от такого дара. Но мне придётся уехать на неделю…это находится не в Рамании. — Я не понимала, о чём говорит Максимилиан, но если он не хотел вдаваться в подробности — значит, так нужно. Я готова ему доверять. — Слова хранительницы не бери в голову, но держись от неё подальше.

— Магистр Ван может выпроводить её?

Конечно, пользоваться своим влиянием на короля и смещать неугодных преподавателей — верх наглости, но тут дело касается моей матери, а ещё — хранительницы, посмевшей влезать в людские жизни.