— Вы перешли черту, — сказала обессиленно. — Магистр Кеос один из немногих, кто относился ко мне с добротой в вашем дворце. — Я всё-таки произнесла это, и щёки залило румянцем, ведь я выдала своё истинное положение, поставив под удар репутацию рода. — Он пожалел меня. Иных мотивов ни у него, ни у меня не было.

— Пожалел и приголубил, да, — ехидно добавила мать.

— Лорд Эндервуд! Заставьте свою жену замолчать, иначе это сделаю я, наплевав на то, что она женщина, — вмешался Данияр.

— Прошу прощения, — отец был благоразумнее и задвинул жену за спину, склонив голову. — Она нервничает. Мы только сегодня узнали, что Эрелин пропала. И теперь не имеем с ней связи. До этого мы были уверены, что она учится в Раманской академии, но теперь выходит, что её место заняла Джесселин… Наши чувства, непонимание, смятение и даже злость вполне объяснимы. Мы, как и вы, пытаемся найти правду.

— Не пытаетесь, — хмыкнул Яр. — Вывыбираете угодную для вас правду. Это колоссальное отличие.

— Предлагаю всем выдохнуть, — произнёс его величество. — Возвращаясь к вопросу… ваша дочь рассказывала о ком-нибудь, с кем тесно общалась здесь, в столице, или за её пределами?

— Единственный, о ком она рассказывала, был его высочество, — сказала мама из-за плеча мужа. — Они ведь были помолвлены. По крайней мере, так рассказывала наша дочь.

— Вот теперь вы пытаетесь найти правду, — хмыкнул Яр. — За всю свою жизнь я никогда не был помолвлен, а помолвочный перстень раманских…

— Хранился у меня до недавнего времени, — королева наградила сына весёлым взглядом. — Пока кое-кто у меня его не… кхм, экспроприировал.

— Тогда прошу, Джесселин, продолжай, — король перевёл взор на меня.

Я прошла к дивану и опустилась рядом с её величеством. Событий было много, нужно вычленить основные.

— Я согласилась принять силу сестры, но не ожидала, что вместе с ней Эрелин передаст мне… — Я глубоко вдохнула. — Чёрную магию.

— Что? — спросил Яр и каким-то неуловимым образом оказался рядом, присев на корточки передо мной. — Что ты сказала?

— Приходил мастер Айлок, — пояснила королева, — он осмотрел Джесселин.

— И сказал, что во мне чёрная магия, — призналась, смотря неотрывно в глаза Данияру. — Он ещё сделает анализ крови, но… мне страшно, — я призналась и почувствовала, как щёки горят от смущения. — В голове куча вопросов. Что меня ждёт? Почему именно я? Как это отразится на бусине? Я… умру?

— Не умрёшь, — сжал губы принц, и по его лицу заходили желваки. — А вот насчёт твоей сестры не уверен…

— Данияр, — одёрнул его король, — возьми эмоции под контроль. Сейчас ярость не поможет.