- Точно. Едем в участок, пока менты за нами сами не явились, - напомнил он. - С твоей Аней надо разобраться. Кто-то же эту дурынду надоумил. И ведь не побоялась потерять деньги от Велимира Степановича! Он же говорил ей, чтобы держалась от тебя подальше, иначе лишится пособия.
- Значит, ей предложили больше, - озвучиваю закономерный вывод и поворачиваю ключ зажигания.
Единственное, что приходит в голову: две любовницы моего бывшего сошлись в общей ненависти ко мне. Но как? Римма на зоне, и Анька ее ненавидела даже больше, чем меня. Мстят за Лёву?
Получается, мой отец был прав, когда всерьез воспринял угрозы своей второй жены, а я непростительно беспечна.
Искоса смотрю на четкий профиль юриста.
- Спасибо, Женя. Ты сегодня меня спас.
- Это моя работа, Даяна, - сухо отвечает он. – Я за это получаю деньги.
Что это с ним?
Неужели обиделся, что я своим запретом называть меня Принцессой, намекнула, что он не входит в круг моих близких друзей, таких, как семья дяди Паши? Но ведь это правда. На что обижаться?
- Это еще одна странность, - получив зацепку, возвращаюсь я к давнему и неоконченному разговору. - Охрана – не твой профиль. Даже юриспруденция – не твой профиль. Папа рассказывал о тебе.
- Что именно? – он косится на меня и сжимает губы в линию.
- Ты - сын крупного бизнесмена, он развелся с твоей матерью и уехал за границу, мать осталась здесь, поднялась до хорошей должности в мэрии. Ты жил с отцом, учился в Стэнфордском университете. Зачем-то вернулся в Россию. С такой биографией и образованием ты должен делать карьеру в Нью-Йорке. Или в Москве. А тебя тут вместо меня кислотой обливают! Объясни, пожалуйста, какой у тебя интерес? Я не понимаю!
- Ты мне не доверяешь? – неожиданно делает вывод папин юрист. - Твой отец доверяет, а ты нет?
Я торможу на красный и поворачиваюсь к Евгению. На его губах снова дрожит неуловимая улыбка.
- У меня нет причин не доверять, - говорю я. – Но… когда я чего-то не понимаю, мне некомфортно.
- А как тебе мысль, что я вернулся к матери, чтобы ее поддержать?
- У нее давно вторая семья и неплохая карьера для женщины. Ты живешь отдельно, пропадаешь на работе с утра до ночи. Какая же от тебя поддержка? Скорее я поверю в то, что ты где-то накосячил и скрываешься.
Нас допрашивают по отдельности, мы подписываем показания, передаем вещдоки, возвращаемся со следственной бригадой на место происшествия.
За все время с Аней и ее сообщником даже не пересекаемся – с ними, как потом выясняется, уже поработали в полиции. И, судя по кривой ухмылке следователя, мои показания расходятся со словами бывшей подруги. Ну еще бы! Я помню ее выкрик. Этой версии она и будет придерживаться, для этого и сообщника-"свидетеля" позвала.