Девушке на самом деле понравилось работать на кухне. И все то, что отвращало от этой работы других, ей просто нравилось: полутьма, рассеиваемая тусклыми светильниками и огнем из кухонных плит, чад от жарящихся котлет, пекущихся пирожков, кипящих супов, шипение раскаленного масла на сковородах… Салли все это на самом деле понравилось. Ей очень хотелось научиться готовить.

Может, конечно, перекусочная — не лучшее место для того, чтобы пытаться стать поваром… Но, с другой стороны — с чего-то ведь нужно начинать. И Салли начала.

Она научилась делать нурдский чай четырех сортов — чистый, несладкий, с сахаром и сладкий — жарить котлеты так, чтобы они походили на котлеты, а не на археологические редкости, варить куриный бульон, настолько крепкий, что его можно было резать ножом, когда он остывал, печь шоколадные кексы, черные и сладкие…

Когда Салли вечером возвращалась домой, за ней тянулся шлейф вкусных кухонных запахов, так, что сзади постоянно бежали несколько принюхивающихся кошек. А дома ее уже ждал демонолог и они вдвоем отправлялись в поход по городу.

* * *

Доктор Инген увязал два совпадения: у Салли происходит приступ Черноты на рынке — на рынке обнаруживаются следы воплощенного Кивасигаса, Кивасигас вламывается в банк — рядом с банком Салли настигает еще один приступ. Вывод? Салли неким малопонятным образом оказалась связана с неуловимым демоном и чувствует его присутствие. Следовательно…

Необычная парочка — демонолог в черной кожаной куртке и худенькая девушка в легком светлом платьице — гуляли по Тенебруму до самой поздней ночи, обходя самые темные и самые мрачные места столицы, то есть, все те места, где наиболее вероятно обнаружение прячущегося демона.

Сложно было представить демона, скрывающегося от ищущих его демонологов, в ярко освещенных залах Городского Музея или среди девочек-учениц Школы Розовых Цветков. Поэтому доктор Инген и Салли все эти вечера ходили узкими, кривыми и скользкими улочками, где под ногами чавкали отбросы, с писком разбегались крысы, и постоянно пахло перегоревшей магией из заводских труб.

В этих закоулках никогда не появлялись полицейские, предоставляя обитателям здешних жилищ самим решать возникающие проблемы. Поэтому при виде девушки изо всех щелей вылезали люди, похожие на изломанные черные тени, больше похожие на демонов, чем сами демоны. Они тянулись к девушке, как вампиры к жертве… И отстранялись, прячась обратно в тень, лишь только увидев ее спутника или услышав стук его трости.

Обитатели кривых улочек боялись только тех, кто был сильнее их. А никого сильнее демонологов в городе не было.