— На молодых смотреть надо не сверху, а снизу, — сказал я. — Первые секретари обкомов, может, молодые министры. Может, кто-то из военных. Но обязательно кто-то из славян должен быть. Если опять национальный кадр, то своих потянет — ничего хорошего не будет.

— Ты прав. Вот думаю я про твои слова, там в Пицунде. Ты прав, мелкая торговля нужна, и личное подсобное хозяйство нужно развивать, и кустарные артели должны быть. И ведь было же при Сталине…

— Постановление Совета Министров № 2445 от 1946 года. — поддержал я, вытянув из памяти номер документа. — Игрушки, мебель, посуда, одежда — значительную часть этих товаров производили кооперативы и артели.

Брежнев кивнул и продолжил:

— Но Хрущев Никитка всех разогнал. Преподнес это как переход от устаревшей кустарной к более передовой системе организации труда. Но именно товары кооперации вскоре оказались в списках общесоюзного дефицита. Плановая экономика с производством таких товаров справлялась хуже, чем со строительством космических кораблей. Хрущев обещал, что к восьмидесятому году коммунизм будет. Восьмидесятый год вот уже на носу. А коммунизм — он как горизонт. Чем ближе подходишь, тем дальше становится.

Брежнев замолчал. Я закурил еще одну сигарету и, пуская дым, думал: «Веки тяжелеют, вы засыпаете. Тело расслаблено, вы спокойны. Вы крепко спите. Утром проснетесь здоровым, полным сил и энергии. Вам совсем не хочется курить. Запах сигаретного дыма вызывает у вас стойкое отвращение»…

Брежнев заснул.

Я тихо вышел и затворил за собой дверь. Надеюсь, у меня получится. Леонид Ильич ведь уже не вспоминает о таблетках. Стал лучше засыпать. Может и от сигарет отвернется.

Я продолжал думать о том, что сказал Брежнев. Дело ведь не только в самом будущем Генсеке, но еще и во всей его команде. Что это будут за люди? Я достаточно изучил нынешнее окружение Брежнева. Понять, что каждый тянет одеяло на себя, много ума не надо. Леонид Ильич правильно заметил, что возраст людей, находящихся на ключевых постах, давно уже пенсионный. И они будут сопротивляться любым переменам.

Пока я не сильно приблизился к своей цели. Только и удалось сделать, что притормозить Гвишиани с его Институтом системных исследований. И то не надолго. Второе — предотвратил угон самолета в Японию. Ну и, надеюсь, главное — поддержал здоровье Генсека. Надеюсь, это позволит ему прожить дольше и успеть больше. Выиграть у судьбы хотя бы пару лишних лет — уже успех.

В ближайшее время предстоит выполнить еще несколько важнейших задач. Не допустить взрывов в Московском метро в январе 1977-го. И как-то предупредить пожар в гостинице «Россия» в феврале того же года.