«Важнее, что с красной писей-то его как раз никуда и не возьмут», — подумала Света: «Солдат может быть плоскостоп, крив, кос, неважно видеть. Пусть даже обладать не полным набором пальцев, но если не способен размножаться, то какой же он призывник? А бром кто будет пить»?

Тогда Света написала в социальных сетях своему первому по жизни немцу, что между ними всё кончено. Она теперь другая, жизнь другая и вообще это было большой ошибкой ехать к нему в Германию к чёрту на кулички. И совсем неважно, что немец молчал уже месяц и просто не появлялся в сети. Он, видимо, давно её слил, разочаровавшись в их встречах. Но что теперь делать?

Только крепче держаться за Романа надо!

С чувством выполненного долга перед будущей семьёй, Светлана легла спать. И только уснула, как проснулся Роман. Зайдя в ванную комнату, трусов он не заметил. Посыпанные перцем, они высохли и сползли с полотенцесушителя, упав за раковину.

Тогда Новокуров поступил так, как привык делать поутру в Германии, упорхнув из маминого гнезда. Снял старые трусы, постирал, отжал и досушил на себе за время чаепития и прочих утренних процедур. Тем самым на медкомиссию он пошёл во вполне себе обычных трусах и не получил замечаний по здоровью. «Годен» и всё тут. А когда вернулся, жена всё ещё спала.

Глядя на растущий живот и пустой холодильник, Рома понял, что неплохо бы подзаработать, пока оба тут дуба не дали. Умываясь в ванной, он даже обнаружил упавшие за раковину трусы. Как на вид, чистые. Сухие. Только от пыли отряхнуть. И можно носить.

«Неужели, постирала»? — подумал рыжий рокер и только крепче полюбил свою женщину.

Приняв душ и насухо вытеревшись полотенцем после всех медобследований, Рома напялил трусы на вытертое насухо тело и отправился на поиски работы.

Всё было довольно неплохо, пока тело было сухим. Он спокойно пришёл в управляющую компанию Светлый путь, без эмоций отвечал на вопросы следователей, с удовольствием прокатился на жёлтой Ламборджини. Проблемы начались лишь в посёлке, когда при физической работе задница начала преть, а затем так просто потеть.

Взопревший перед и прочее межножье потому и активировали сухой перец. Впитали мокрыми порами его чресла перца и начали доставлять существенный дискомфорт коже. Потирая этот «перчёный ареол», Роман только помогал перцу проникать глубже в эпидермис, чем существенно обострял ситуацию.

Когда он забежал в дом и от безысходности предъявил сотруднице муда на подоконнике, та конечно же, сразу вышла. А затем вернулась… В перчатках. И давай проводить полноценный осмотр, как утром на медицинской комиссии.