И тут рыжий заговорил. Как начал первым, так и не остановить. Снова затянувшись первой сигаретой, Егор узнал про Германию подробности и девушку беременную бонусом. А как вторую раскурили, речь о весеннем призыве пошла. Сразу на полтора года, вроде. Но это не точно.

— Добровольцем пойти, что ли? — вздохнул Рома. — Всё толку больше. Хоть заработаю что-то. Но видишь в чём дело. Срочка-то никуда не денется.

— Я слышал, что на фронт перевестись можно только три месяца спустя, — кивнул Егор, уже изучив данный вопрос вдоль и поперёк. — Для этого необходимо подписать соответствующий контракт, который указан в абзаце второго пункта первой статьи тридцать четвёртой Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе».

Чего ещё делать, как не газеты читать и муть всякую запоминать?

— Но ты уверен, что тебя за три месяца натаскают? — прищурился охранник.

— Там видно будет, — ответил Роман, в сущности не уверенный ни в чём. И популярно объяснил, что только сантехнического опыта у него теперь до хрена. Ни один немец не догонит, а вот денег ни хрена. И тут хоть в Форбс входи. С другого края.

От слов тех даже симпатия у охранника к нему появилась. Хоть на обед домой веди и борщом угощай. Свой же в доску! Тоже нищий, но весёлый. Но при этом есть где жить, есть кого любить, и пришёл не в лохмотьях.

— Так и что? — спросил Егор, устав от всех этих схем и хитросплетений в конторе. — Ты решил, на полном серьёзе поработать? Ты ведь пойми. По бумагам у нас полный штат, а как толчок засорится, так Боря один по всему району работает. А как уволился, только аварийка одна и работает теперь. С ребятами из центра. А толчки частники чистят. Правда, часто другим частникам потом ремонтировать приходится. Договора-то никто не заключает.

— Так, а что делать? — пожал плечами Роман. — Поработаю до весны, потом служба. Надо ещё на свадьбу предварительно насобирать. Хоть и символическая, а кольца, роспись, стол накрыть… Сам понимаешь, всё надо. Чтобы по-людски было.

— Да понимаю, сам троих рощу. А ты это… подработать не хочешь? — вздохнул охранник, припоминая о том, что не всё ещё украдено в подвале и даже сейфы закрытые остались.

— А кто не хочет? — переспросил Рома.

И оба уже засобирались в тепло, как вдруг прямо на тротуар заехал микроавтобус без стёкол на местах пассажиров, а с монолитным корпусом. Чтобы меньше заглядывали.

— Ну пизде-е-ец, — только и успел протянуть Егор Павлович, перепугавшись даже больше обычного.

Такой он уже видел, когда осенью Антона Сергеевича в наручники упаковывали. Ничего не изменилось и на этот раз. Из микроавтобуса посыпали мужики в камуфляжах, в балаклавах и с автоматами наперевес. И как давай через сугробы перекатываться, что никаким старушкам и не снилось.