Я поставила цветы в вазу, и мы вышли из дома.

Дэвид открыл мне дверь машины, и когда я села, его пальцы скользнули по моему бедру — лёгкое касание, но оно усилило давление игрушки внутри, от которого внутри всё сжалось, а влага пропитала трусики. Мы помчались по ночным улицам Сан-Франциско, огни моста Голден Гейт мелькали вдали, как декорации к нашему безумству. Он включил музыку — низкий, пульсирующий бит, под который тело невольно двигалось, и я поймала себя на том, что кладу руку на его колено, чувствуя напряжение мышц под тканью джинс, а мои пальцы невольно сжимаются, представляя, как они скользят выше, к той твёрдости, что я ощущала раньше.

— Куда мы? — спросила я, осматривая всё вокруг, пока городские огни сливались в размытый поток.

— Расслабься, тебе понравится, — ответил он, вдавливая педаль газа, и мы ещё сильнее рванули вперёд, оставляя позади шум улиц, а ветер через приоткрытое окно ласкал кожу, как его пальцы, усиливая напряжение в теле.

Мы выехали за город, петляя по холмам, и наконец остановились у небольшой вертолётной площадки — освещённой прожекторами, с одиноким чёрным вертолётом, стоящим на асфальте, как хищная птица, готовая к полёту. Вокруг — тишина, прерываемая лишь далёким гулом океана и ветром, шелестящим в траве, который обдувал мои обнажённые ноги, вызывая мурашки и усиливая ощущение полноты внутри.

Я замерла, выходя из машины, сердце заколотилось от смеси удивления и адреналина, который смешался с сексуальным напряжением, делая кожу гиперчувствительной.

— Вертолётная площадка? Ты серьёзно? — прошептала я, глядя на него широко раскрытыми глазами, чувствуя, как дыхание учащается. — Ты будешь за штурвалом?

Дэвид усмехнулся, обнимая меня за талию и прижимая к себе — его тепло проникало сквозь одежду, усиливая ощущение игрушки внутри, а его возбуждение прижалось к моему бедру, заставляя меня тихо вздохнуть.

— Да, милая. Как-то давно увлёкся воздушным транспортом — это было моим хобби, способом отвлечься от всего. Решил сдать на лётные права, прошёл курсы, и теперь у меня лицензия. Не волнуйся, я не новичок, — сказал он уверенно, его пальцы скользнули по моей спине, спускаясь ниже, — А теперь садись, я покажу тебе ночной Сан-Франциско с такой стороны, о которой ты и не мечтала.

Мы забрались в кабину — тесную, с запахом кожи и металла, где наши тела были так близко, что я чувствовала жар от его бедра. Дэвид пристегнул меня, его руки задержались на моих бёдрах, пальцы скользнули под юбку, касаясь внутренней стороны, вызывая стон, который я еле подавила, а тело выгнулось навстречу.