Полежала ещё немного, потом всё-таки вылезла. Пушистое полотенце ласкало кожу, оставляя после себя мурашки — мягкое, тёплое, пахнущее дорогим кондиционером. Я пробежалась голышом до чемодана, схватила косметичку и вернулась в ванную, укуталась в полотенце и начала приводить себя в порядок.

Нюдовый макияж — лёгкий, почти невесомый, чтобы кожа дышала в этой жаре. Шею пришлось снова тщательно замазывать: консилер, пудра, ещё слой — пока следы не стали почти незаметны. Высушила волосы феном — они упали мягкими волнами на плечи. Надела кружевное белое белье и лёгкий пудровый шёлковый халат, который едва прикрывался, и вышла в спальню.

Кровать манила. Огромная, с белоснежным бельём, будто облако. Я легла — и провалилась. Тело расслабилось мгновенно, матрас обнял меня со всех сторон, и я уснула, даже не заметив.

Проснулась от нежного поглаживания по плечу.

— Просыпайся, миссис Смит, — мягкий, ласковый голос Кристиана, прямо у моего уха.

Я приоткрыла глаза — он сидел на краю кровати, в свежей рубашке, волосы ещё влажные после душа, пахло его одеколоном и чем-то прохладным, мятным.

— Немного уснула... Сколько времени? — прошептала я хрипло.

— Близится вечер. Через полчаса приедет стилист, так что потихоньку вставай, — он улыбнулся и провёл большим пальцем по моей щеке.

— Стилист? Зачем? — я приподнялась на локте, халат слегка распахнулся, обнажив кружево лифчика.

— Нас ждёт ужин, — подмигнул он и поднялся, оставляя за собой лёгкий шлейф своего запаха.

Я осталась лежать ещё секунду, глядя в потолок.

Сердце стучало уже не от сна, а от предвкушения.

Проверив телефон, я почувствовала, как ладони мгновенно похолодели: семь сообщений от Дэвида. «Ведьмочка, скучаю так, что болит всё тело», «Хочу тебя прямо сейчас, везде и во всех позах», «Когда увидимся? Я с ума схожу». Каждое слово жгло, как пощёчина.

Я набрала первое, что пришло в голову: «Приболела немного, отлёживаюсь».

Отправила.

«Могла бы написать честно: всё кончено», — прошипела одна часть меня.

«Ни за что», — огрызнулась вторая, и я чуть не швырнула телефон в стену от собственной слабости.

— Лэйн, стилист пришёл, — Кристиан приоткрыл дверь, заглядывая ко мне.

Живот скрутило узлом. Я резко встала, заставила себя улыбнуться.

— Пусть заходит.

— Всё хорошо? — он нахмурился, уловив дрожь в голосе.

— Да, Стэлла опять ноет про свои любовные драмы, — соврала я, чувствуя, как внутри всё стягивается от лжи.

Он не успел ответить: в номер вошла девушка — лет тридцать пять, высокая, идеальная укладка, строгий чёрный костюм, в одной руке чемодан с косметикой, в другой — длинный чехол.