— Дэвид… пожалуйста… — простонала я, запрокидывая голову.

Он улыбнулся — хищно, опасно — и стянул с меня лифчик одним рывком. Его рот накрыл один сосок: покусывал, лизал кругами, пока я не завыла тихо, впиваясь пальцами в его плечи. Вторая рука скользнула вниз, под брюки — пальцы нашли мокрые трусики, надавили на клитор через ткань, заставив тело дёрнуться.

— Уже такая мокрая для меня? — промурлыкал он, отрываясь от груди. — Признавайся, ведьмочка, ты думала обо мне всё это время?

Я не ответила — только застонала громче, когда он расстегнул брюки и стянул их вместе с трусиками одним движением. Я осталась полностью обнажённой на его столе, ноги раздвинуты, киска набухшая и сочащаяся. Дэвид опустился на колени перед столом, раздвинул мои бёдра шире — грубо, но с той нежностью, которая сводила с ума. Его дыхание обожгло внутреннюю сторону бедра, потом губы коснулись меня там: медленно, лениво обводя языком губки, то надавливая на клитор, то отстраняясь. Я выгнулась, схватила его за волосы, прижимая ближе.

— Да… вот так… глубже… — стонала я, голос срывался. Его язык входил глубже, пальцы присоединились — два, три, растягивая меня, натирая стенки, размазывая влагу. Я была уже на грани: тело дрожало, стоны эхом отдавались в комнате, влага текла по его подбородку, по моим бёдрам. — Дэвид… я сейчас… о боже…

Но он остановился — внезапно, заставив меня зарычать от разочарования. Поднялся, вытер рот тыльной стороной ладони и посмотрел на меня сверху вниз.

— Не так быстро, — сказал он тихо. — Твоя очередь показать, насколько ты меня хочешь.

Он расстегнул джинсы, достал свой член — твёрдый, пульсирующий, с выступающими венами, уже готовый. Я соскользнула со стола на колени, обхватила его ладонью — горячим, тяжёлым — и взяла в рот. Медленно, дразня: обвела языком головку, пососала, потом взяла глубже, ускоряя ритм. Он застонал — низко, хрипло — и запустил пальцы в мои волосы, направляя, толкаясь глубже.

— Вот так… глубже… глотай меня, Лэйн… — рычал он, трахая мой рот. Я мастурбировала себя одной рукой — пальцы скользили по мокрой киске, кружа по клитору быстрее, жёстче, пока слюна не текла по подбородку, а стоны вырывались приглушённые, вибрацией отдаваясь в нём. Вторая рука сжимала его ягодицы, притягивая ближе. Он был таким вкусным — солоноватым, с мускусным ароматом, — и я терялась в этом, ускоряя темп, чувствуя, как он набухает во рту.

Дэвид отстранился первым — резко, не давая мне довести до конца. Поднял меня за локти, развернул спиной к себе и прижал животом к столу. Его тело накрыло моё сзади — тяжёлое, горячее. Руки скользнули по моей спине, сминая кожу, сжимая ягодицы грубо, раздвигая их. Он вошёл резко — одним толчком, заполняя полностью, растягивая стенки до предела. Я закричала — от смеси острой боли и ослепительного экстаза.