И Солнце не гасло, не меркло, ибо я вышел на бой с самой бесконечностью.

У меня больше не было тела, я давно сгорел дотла, и лишь мой Дух парил среди потоков соляриса…

А на Солнце вдруг появилось темное пятно. Оно росло и внутри него крутились магические водовороты.

И я почувствовал, что здесь сейчас не только мой ГОЛОД.

И тогда ужаснулся.

Оно было живым!

Солнце не было механизмом, не было просто звездой или материей, у него была своя душа…

И эта душа сопротивлялась мне. Она не хотела, чтобы я жрал солярис. Она противостояла мне!

Господи…

Золотая магия крутилась внутри солнечного пятна, а оно само все росло и росло на глазах, оно уже было больше любой планеты нашей системы…

Солнце делало что-то осмысленное. И это было страшно.

Мыслящее Солнце! Древний бог говорил со мной, я вступил в бой с богом, которого испокон веков почитали все народы мира!

Это была величайшая битва в истории Вселенной… Духовная брань, какой еще не видел космос.

И мои секунды растягивались в миллиарды лет.

Я больше не думал, как человек, я перестал быть человеком.

Теперь я стал богом, дуэлянтом самого Солнца…

Я стал самой бесконечностью, я сам стал чистым светом, частью Непобедимого Солнца!

И галактики разлетались вокруг нас, и черный космос, злой брат-близнец Солнца молчал, созерцая эту битву…

А Солнце отторгало меня, отталкивало от себя.

Но потом оно изменило тактику. Вихри соляриса внутри солнечного пятна крутились все быстрее, и я понял, что Солнце решило ответить мне тем же, с чем я сам пришёл к нему.

Оно ПОЖИРАЛО меня.

Втягивало внутрь себя, чтобы переварить…

И вот солярис начал меркнуть, а черное пятно надвигалось на меня, пытаясь заглотить…

Внутри Солнца тоже была тьма, у Солнца тоже была своя ТЕНЬ!

И черные водовороты поглотили меня, ибо я был юным богом, куда мне победить светило — величайшего мага нашего мира…

Я утонул в черно-золотых вспышках.

Я не знал, смог ли я выполнить свою миссию, да я об этом уже не думал.

Всё исчезло. Вся моя память сгорела, вместе с душой и телом.

Я ощущал лишь экстаз, восторг, ужас, единство со светом…

И еще бессмертие.

Смерти нет! Её никогда не было…

* * *

Гностический Либератор пребывал на вертолётной площадке за дворцом.

С норильских небес валил хлопьями снег, но Либератор не видел его…

Он вообще был неспособен видеть мир, как видят его люди. Он слишком долго прожил в адских мирах, где нет ничего кроме ярости и ужаса, поэтому и видел мир так — как вспышки ненависти, страха, боли, власти, страдания…

Либератор был подобен летучей мыши, его взгляд на мир не имел ничего общего с жалким человеческим. Ибо люди обращают внимание на ерунду, Либератор же — никогда.