Но карась уже уплыл дальше по течению…
Зато прямо на островке рядом с Рюриком вдруг что-то блеснуло. Какая-то искорка.
Ого!
Мальчик испугался, раньше он такого не видел.
Но Рюрик был храбрым, викинги не боятся. Да и мама, если что, придёт и защитит его… Его мама любого сразит!
Рюрик аккуратно раздвинул ладошками траву, которой порос этот островок. Трава тут была местами зеленая, а местами — мертвая и желтая, еще прошлогодняя…
Из травы что-то торчало. Малюсенький росточек. Черный и как будто блестящий.
А от росточка летели искорки — яркие и золотые…
Здравствуй, Рюрик. Здравствуй, здравствуй, здравствуй.
Вечный миф всегда повторяется, Рюрик. Повторяется, повторяется, повторяется.
И даже Крокодилу его не скушать. Не скушать, не скушать, не скушать.
Мальчик зачарованно протянул к ростку ручки…
Конец.
8::: 100 % КРОКОДИЛ
«На две трети он бог, на одну — человек он,
Образ его тела на вид несравненен,
…
Стену Урука он возносит.
Буйный муж, чья глава, как у тура, подъята,
Чье оружье в бою не имеет равных!»
«Эпос о Гильгамеше, о всё видавшем», начало II тысячелетия до н. э.
— Настало время всепожирания, Таня, — я посмотрел на сестру.
Таня в ответ решительно шагнула ко мне:
— Я с тобой!
— Боюсь, что нет, сестричка. Это работал лишь для одного. Для меня.
Я кастанул телепортацию и переместился по координатам, которые мне дала Алёнка.
На Мальту — пятьсот метров к югу от Хаджар-Ким, и триста метров к западу от Гхар Далам.
Я знал, где это, я теперь был божеством, и все тайны мира были открыты мне…
Я бы сейчас уделал в любой телепередаче любого Вассермана, ибо теперь получил доступ к коллективному бессознательному всех людей планеты. Я знал почти всё, что знают они.
Конечно, влезть в голову Аркариусу или Либератору я все еще не мог. Но это в данном случае было и не нужно…
В лицо мне ударил горячий ветер.
Я теперь стоял на Мальтийском берегу, на высоких желтых скалах, и лазурное море плескалось внизу.
В бухте Гхар Далам и правда было полно рыбаков, тут Алёнка не соврала.
Действовать нужно было быстро, я был уверен, что Либератор уже знает о том, что я больше не в Гренландии, не под защитой моего купола…
А значит — жди войск и ракет.
Никаких следов Перводрева видно не было, но я был странно спокоен — я прислушался к моему Зову.
Зов, Тайну которого я уже давно познал, у меня был инвертированным, как и все остальные масонские Тайны.
Так что Зов Перводрева для меня звучал, как страх, как ужас, как крайнее отвращение…
И само Перводрево испытывало ко мне те же самые чувства — оно боялось Крокодила!
Но я мог переселить свой страх, я вслушался в него, погружаясь в самые глубины кошмара…