— Эх, придётся опять тебя сковать, — покачал головой жестокий тюремщик. — Самоубийство, кстати, тоже грех.

После фиксации пленника Артиос предпринял новую серию экспериментов. В записях Альфреда были упоминания о возможности своеобразного чтения мыслей с помощью манипуляций с энергетическим телом противника. Нечто подобное Артиос делал с помощью тёмного сосуда.

Щупальца поглощали души живых, после чего начинался процесс разложения внутри тёмного сосуда. В процессе всей жизни, то, что Артиос абстрактно обозвал для себя душой, обрастало воспоминаниями, убеждениями, характером, опытом. Всё это растворялось в тёмном сосуде, давая обладателю дара или проклятья силу.

Слабые души представителей серой массы, единственным смыслом жизни которых была покупка новой лошади или дома, ничем не выделялись и не представляли особой ценности. Таких Артиос мог поглотить даже тысячи без особых проблем. Но если при жизни поглощённый был фанатиком или обладал могучей идей, ведущей его через препятствия… Они начинали влиять на обладателя тёмного сосуда. Их голоса начинали звучать в голове, сливаясь в безумный хор.

Павшие союзники кричали в ярости, призывая убить общего врага. Поверженные противники возмущались и вопили о несправедливости. Но самую большую силу удавалось получить лишь при добровольном расставании с жизнью. В таком случае душа не сопротивлялась, она становилась оплотом против безумного хора, помогая сохранить рассудок и давая несоизмеримо большую силу.

И при поглощении каждой души владелец тёмного сосуда получал не только магическую энергию. Он фактически переживал жизнь каждого убитого, десятилетия жизни сливались в один миг, настолько короткий, что невозможно было запомнить конкретных моментов. Исключением были лишь самые яркие воспоминания, как например последние секунды перед смертью. И, тем не менее, на какую-то долю процента опыт поверженных усваивался. Артиос это точно знал и чувствовал, а ещё время от времени у него проскальзывали не принадлежащие ему воспоминания.

Но если тёмные щупальца брали всю работу на себя, то вот методы Альфреда требовали тонкости и сноровки, опыта и магической силы. Артиос следовал всем инструкциям, но ничего не получалось. Одно неловкое движение и тонкая нить с воспоминанием разрывалась, причиняя адскую боль пленнику.

— Попытаемся ещё раз завтра, — Артиос развеял энергетические узоры и опустил руки. — Я как раз закончу одну из модификаций ядра, после чего дело пойдёт проще. А ты пока отдохни.

Пират ничего не ответил. Пленнику придётся ещё через многое пройти, ведь ученик «Знамения» собрался не просто научиться читать мысли простых смертных. В планах Артиоса было раскрытие боевого потенциала заклинания, для которого требуется провести ещё тысячи неудачных попыток с обычными пробужденными и уж потом переходить на волшебников с более сильной ментальной защитой.