— Пфф, господин Феррин… — Ниса едва сдерживалась, чтобы не засмеяться.

— Хм… Идея не плохая, — пришёл к выводу зверолюд. — Я могу попросить духов оберегать нас. Их слова не столь точны как магическое зрение, однако и защититься от них сложно. Авантюра действительно опасная, эльфы наверняка не будут сдерживаться, могут нас и убить. Однако каждый из нас был предупреждён, каждый знал на что идёт. Лично для меня это будет ужасным позором отвернуться от цели, когда она столь близка.

— Поддерживая шерстяного, — гном с силой ударил кулаком в грудь, от чего раздался лязг металла. — Уйти и даже не попробовать? Не такому учат детей гор.

— Я тоже считаю, что нужно попробовать, — отважно заметила Айрит, которая вряд ли понимала всю опасность затеи.

Ниса закатила глаза, после чего махнула рукой, соглашаясь с безумной идеей. После чего нависла пауза, все ожидали решения оставшихся трёх учеников. Малефус вертел в руках болт, прикидывая сможет ли снаряд Кериона пробить броню эльфов. Дымный маг согласится с любым решением своего друга. Феррин тоже что-то мялся.

— И не заслуживают внимания владыки Света те, кто при малейших трудностях опускают руки и начинают искать оправдания. Ни гнева, ни благословения, ничего. Ведь Он может исцелить раны, изгнать тьму, но побороть трусость в силах лишь сам трус… — едва слышно проговорил Артиос, пока побелевшие пальцы с силой сжали священное писание.

— И где та грань, где рациональное желание сохранить жизнь становятся трусостью, а храбрость — безумием? — продолжил слова Феррин.

Артиос задавался тем же вопросом, на который ответа не было даже в священном писании. В книге было про «помогай всем и каждому», но вот про призывы к отчаянной борьбе с врагом или чего-то вроде «грудью лечь на амбразуру за отечество» не было. Лишь расплывчатые цитаты Аерона, которые оставляли лишь больше вопросов.

Таких моментов в священном писании было много. Бертранд говорил Артиосу, что смысл книги в том, чтобы читающий задался вопросом, а после нашёл ответы на них сам. На прямой вопрос ученика паладин ответил «решай сам». И что он должен был решить?

Раньше он всегда ставил свою жизнь превыше всего. Нужно было — воровал у сослуживцев, стрелял в спины союзникам, бежал бросая всех, лишь бы спастись. И к чему это привело? Раз за разом он оставался один, а совесть продолжала разлагать рассудок. Время шло, менялись декорации, а Артиос всё равно не обретал ни счастья, ни даже покоя. И зачем жертвовать всем ради такой жизни?

— Даже если столкнёмся с эльфами и проиграем, то вряд ли они нас убьют, — глубоко вздохнул Артиос. — Им выгоднее будет оставить нас в живых и с позором вернуть в Лантинаэль. Таким образом они понизят возросшую репутацию «Знамения», а в случае наших смертей нас могут выставить мучениками. Вариант с полным уничтожениям нас и «Фортуны» не рассматривается, потому что Ламерию и её команду они не потянут. Поэтому жизнью мы не рискуем и можем попытаться незаметно умыкнуть сокровище из-под носа эльфов. Если оно тут, конечно, есть.