— К постояльцу вашему, проведать его!
— Днем приходи!
— Днем не могу, дело срочное!
— Жил себе старик, никто про него и не вспоминал, а тут вдруг срочное дело… Что за дело-то?
— От старых знакомых привет передать, да и так, проведать.
— Ладно уж, заходи…
Судя по всему Никита-торговец не знал, кем был раньше его постоялец, иначе «привету от старых приятелей» как минимум насторожился бы… ах ты, падла.
Грозный пес, облаявший меня, даже из своей конуры не вылезал, видимо, от этого так гулко и звучало. А так — вполне себе обычный песик средних размеров… ах ты, падла.
«Обычный песик» зевнул, раскрыв пасть, как у крокодила и блеснув белыми клыками. Нет, хорошо, что заходить не стал…
Никита проводил меня в горницу, где, за занавеской, лежал старый вор Луковица.
Мда… Возраст никого не красит. На кровати, накрытый пуховым одеялом передо мной лежал высохший старик. Лысая голова, на которой только кое-где торчали клочки седого пуха, вытянулась острым шишом вверх — он от этого и прозвание свое получил. Запавшие мутные глаза, нос, загнувшийся острым крючком, ввалившийся провал беззубого рта…
— Кто ты? — прохрипел он, пошевелив пальцами по одеялу, как будто собирая невидимые крошки.
— Князь, — ответил я.
— Князь, князь, что за князь?
— Заморского ученик.
— Аа, Заморского… Как там мальчонка поживает?
— Уже никак. Зарезали его.
— Эх-хе-хе… Сколько уже народу на тот свет отправилось, а я все тут, небо копчу. А Семен-Привада как…?
По обычая всех стариков Луковица начал спрашивать меня обо всем на свете, как моя жизнь, да что на Москве слышно, да как поживает тот и этот… Про некоторых я знал, так что смог порадовать его новостями, другие давно от дел отошли и пропали с радаров, третьих я и вовсе знать не знал, отчего заподозрил, что Луковица не в таком уж и маразме и меня просто проверяет.
— Значит, говоришь, ученик покойного Заморского, Князь?
Мы уже выяснили, что про Князя старик не слышал, из чего я сделал вывод, что гости с новостями его не балуют.
— Ага, есть такое.
— Что ж он, перед смертью тебе про свои тайники не рассказал? Жил бы сейчас богачом, золотом с золота ел бы, а не делами занимался…
— Рассказал, отчего ж не рассказал. Только…
— Про какие рассказал-то? — перебил меня Луковица.
— Про какие… Про тот, что в Сокольниках, там одна вещица лежала, с дела, над которым мы вместе работали, ну и женщине своей он просил помочь. А больше у него тайников вроде и не было.
Старик то ли закашлялся, то ли засмеялся:
— Узнаю мальчонку… Никогда у него деньги не держались, какие уж там тайники…
Проверял все же, старый пес…