– Командир, этот участок захвачен! – к нам подбежал солдат. – Враг сдался.

– Твою мать… ладно, иди лучше к полковнику, а то тебя расстреляют ещё свои. Ты, – ротный тыкнул пальцем в подоспевшего солдата. – Сопроводишь его.

Отдав приказы, командир роты отправился к своим людям, чтобы возглавить продолжение наступление, ведь первый батальон врага мы может и разбили, но фланги ещё вроде держались. Нужно брать их в клещи и вырезать калённым железом, хотя скорее всего враг просто сдастся или с боем отступит.

Полковника долго искать не пришлось, он уже начал обустраиваться в захваченном блиндаже, откуда вынесли двух убитых мной немцев.

– Полковник Оболенский, – поприветствовал я нашего командира батальона.

– О, Сашка, живая легенда, – обрадовался полковник, после чего раскрыл лежащий на столе немецкий портсигар и взял в зубы сигару. – Угощайся.

– Благодарю.

Я вальяжно и спокойно сел напротив. Не то чтобы я был слишком борзым, просто в армии не служил и очень быстро забываю про субординацию. Да и, честно говоря, подчиняться не пойми кому просто потому, что у него погоны красивее… такое себе, согласитесь. Да, опыта у него наверное больше, но хочется на практике убедится, а не на слово звёздочками и полоскам верить. Впрочем, полковник был не против подобного поведения, оно и понятно почему.

Затем меня попросили вкратце доложить о моих деяниях. Лаконично говорить я умел, поэтому без лишних прикрас выдал фактическую сторону произошедшего, где, когда и как устроил в рядах врага хаос.

– Откуда немецкий знаешь? – спросил меня Оболенский, выпуская изо рта дым.

– Дед научил.

– Родной?

– С соседнего дома. Он вроде беглым преступником был или что-то вроде того. Я точно не знаю.

– А зачем учил?

– Да я с детства солдатом хотел сдать. А знание языка врага… вот и пригодилось.

– Безродный Саня из Москвы, контуженный, убивший в первом бою сотню человек, во втором с пол сотни, после чего в одиночку завалил полковника и перебил… даже не знаю сколько в этот раз ты положил.

– Ещё железную дорогу взорвал и отправил в лес роту на поиски выдуманных русских диверсантов.

– Кому расскажешь – не поверят. Да и я сам до сих пор не верю, хотя тела вон… сами за себя говорят. А что за рапира?

– От отца в наследство досталась, – ну тут уже было не выкрутиться.

– У тебя раньше её не было.

– Это артефакт.

– И мощный?

– Вроде да, если крови достаточно выпьет.

– А ты точно безродный?

– Роскошную и богатую жизнь я бы вспомнил, – из меня непроизвольно вырвалась усмешка.

– Это уж точно. А кем твой отец был?

– Не знаю, видел его пару раз. Ему не особо нравилось заниматься воспитанием.