Никаких пароприводов у них не было, винтовки самые обычные, патронов рунических даже не выдали, как и сильных одарённых в их рядах не было. Однако Миша не жаловался, не ныл, не боялся и с гордой поднятой головой делал то, что нужно было сделать. Да, он, как и другие мои товарищи, не убивали сотни немцев за раз, но они приносят каждый раз куда большую жертву, чем я.

И пусть командование видит только цифры, но глядя на своих товарищей я видел не слабаков, а героев, на которых нужно в чём-то равняться и мне.

– Саша, мать твою за ногу! – раздался голос Смоленко, стоявшего на равелине в окружении обугленных тел. – Комендант! Быстрее!

И я тут же побежал за своим капитаном, вместе с остатками второго взвода.

Снова засвистели снаряды, оглушительные взрывы гремели совсем рядом со мной, сияли барьеры товарищей передо мной, поглощая ударные волны. Комендант вызвал огонь на себя и готов был умереть, защищая форт Пиллау. Может немцы и любили комфорт, но изнеженными их назвать нельзя. К тому же сражаются они на пока что их земле.

С помощью экзоскелетов мы стремительно взобрались на бастион «Кронпринц», где уже Смоленко во всю использовал магию огня. Враги бежали, вернее отступали к дому коменданта, который сам по себе также являлся маленькой крепостью. По нам тут же начали работать пулемёты, полетели из окон гранаты.

– ГОРИТЕ ТВАРИ!!! – проревел Смоленко и пошёл в прорыв.

Загудели пароприводы на экзоскелете капитана, начал плавиться его энергитический ранец, но он продолжал бежать вперёд, принимая пули на фронтальный барьер. Однако куда больше энергии уходило на поток ревущего пламени, устремляющегося к окнам. С таким напором внутри все бы и сгорели, однако вмешался сам комендант.

Поток воздуха входил через окна верхних этажей и затем на чудовищной скорости сбивал пламя Смоленко. Через считанные секунды капитану пришлось отступить, как, собственно, и я не спешил нарываться на пулемёт, выжидая момент получше. Ситуация набирала скверный оборот, однако трупов внутри форта уже прилично, начал подниматься багровый туман, даже если все мои союзники погибнут, то мне удастся завершить начатое в одиночку.

Тем временем наши основные силы также начали атаку. Немцы оказались отвлечены на нас и не заметили, как началось пересечение пролива. Кроме того, и Дмитрий Морозов также вступил в бой. Может Смоленко и отказался сотрудничать, однако дворянин не ущемился и также поддержал диверсию, пусть и скрытно.

И вот уже в порту завыла снежная вьюга, пока элитное подразделение, засевшее внутри здания морского суда, вело огонь по подкреплениям. Все бегущие к воротам форта кайзеровцы оказались зажаты между молотом и наковальней. Началось перемалывание сил, в то время как большая часть резервов вынуждена выдвигаться к линии залива, для отражения атаки основных сил. Хаос, кровь, жатва.