Прогресс неостановим, он вносит коррективы, и те же Соколовы это понимают, готовясь занять своё место в новом мире. Это начинает понимать и Государь, который уже не держится мёртвой хваткой за трон, думая, что вокруг предатели, революционеры и идиоты. Постепенно власть распределяется, структура становится сложнее… тут не нужна революция красных, скорее наоборот, после революций становится только хуже.

Ну и вместе с императорами, безнаказанностью дворян, передачей власти по праву крови в прошлое уходят и гвардейцы. По крайней мере в моём случае. Своя гвардия у меня хоть и имеется, но мне нужны были люди, которые займутся защитой сразу всех наших коллег в «Долге и праве». Личные гвардейцы слишком малочисленно, к ним слишком высоки требования, они всегда преданы только главе своего рода и, следовательно, для такой объёмной задачи не подходят. Поэтому был открыт ЧОП. Менее профессиональный, но зато более многочисленный.

Затем уже меня пропустили внутрь уже не такого роскошного особняка. Почти все предметы роскоши были вывезены и распроданы. Некоторые картины отправились в Норвегию, другие в штаты, третьи попали в руки наших дворян. Раскулачивать всех подряд, сами понимаете, нельзя, иначе стабильность в стране пойдёт по одному месту. И не все дворяне хотят делать щедрые пожертвования. Зато они хотят покупать предметы роскоши, которые мы им и передаём вот после таких случаев.

Хотя продавалось нами далеко не всё. Всё же предметы роскоши, а вернее произведения искусства вроде статуй, картин или даже просто уникальных рукописных книг это не просто дорогая игрушка для зажравшихся дворян. Нет, это даже не предмет понтов. Это надёжное хранение капитала, а также обход налогов. Многие этого не понимают, после чего удивляются тому, как очередную картину продали за миллионы, хотя изображена там какая-то клякса.

А с учётом нестабильности обстановки и чудовищной инфляции хранить деньги в рублях — такое себе. Так что бумажные деньги лично у меня не задерживались, как и у других членов «Долга и право», которых порой приходилось даже заставлять делать инвестиции. Всё же многие наши члены ещё пару лет назад фамилии не имели, только после реформ получили такое право и дворянский титул. Так что приходится учить их и объяснять даже самые элементарные основы.

— Друг мой, присаживайся! — радостно воскликнул Виктор, когда я вошёл к нему в кабинет, хотя он даже не оторвался от своего письма. — Сейчас, я тут закончу дела… Ты, кстати, точно уверен в Ивашкевичах?

— Да, вполне. А есть подозрения?