— Вы сильнейший менталист державы, — пояснил Пётр Алексеевич, выполняющий здесь поручение Государя. — Вы лучше многих понимаете природу метафизических явлений. Поэтому в процессе обучения Лебедева, наш император также просит вас оказать содействие проекту. Советом и делом.
— Ох, не даёте вы мне покою. И обучение, и камни эти философские, так ещё и шведы в себя поверили, лезут к нам. Но ладно, что-то я и вправду засиделся. Надо хоть сходить… посмотреть как Петербург изменился.
— Кхм, Петроград.
— А?
— Из-за политических соображений Петербург переименовали в Петроград. Немецкие корни в названии…
— А то что Кайзер и Государь наш друзьями лучшими были, это какие корни? Не немецкие? Что за дурость… Ладно-ладно, не ворчу. Всё. Карету подадите? А то у меня…
— Кареты стремительно выходят из моды. А влиятельные дворяне уже давно пересели на автомобили.
— Ага, ясно. Тогда я, бляха, сяду и ничего делать не буду! Сами разбирайтесь, как меня доставить к Зимнему Дворцу!
— Хорошо, — произнёс Пётр Алексеевич и вздохнул. — Так будет действительно проще.
— И ещё я хочу съездить к кадетам, а то вон сколько писем написали…
Так мы и общались, а где-то через пол часа я уже вышел наружу и стоял курил, рядом находился Пётр Алексеевич, который тоже взял в руку сигарету, поднёс ко рту, но вдруг замер.
— Что ты ему сказал? — непонимающе спросил Пётр Алексеевич. — Он прямо… изменился. Разговорчивым вон каким стал. К Государю решил съездить, к кадетам… с ума сойти. Я его не узнаю.
— Ну, вы с ним когда в последний раз виделись?
— О-о-о, давно…
— Может он и поменялся за это время? — загадочно улыбнулся я, после чего направился на выход к воротам.
Глава 6
Очень быстро моё обучение с мастером было перенесено на север, ближе к шведскому фронту, где уже шли бои. Шведы напали внезапно, подло, в самый неудобный момент, поэтому они смогли занять часть территорий. Однако наши войска держались, бои стали позиционными, а в тылу готовился ударный кулак для массированного контрнаступления.
— Где этот Лебедев? Я спрашиваю, где он⁈ — из физической реальности до меня доносился смутно знакомый голос.
Однако я продолжал сидеть в позе лотоса, находясь в полной концентрации. Напротив меня сидел и мой наставник. Между нами происходила чудовищная битва, которая не пестрила красочными спецэффектами, однако любой случайный зритель в ужасе тут же отводил взгляд.
Наши эмоции и мысли меняли законы природы, в первую очередь это было заметно по колебаниям света. В остальном же вокруг нас, в радиусе ста метров находилась зловещая аура. Грозные выпады, способные свести простого человека с ума сверкали сотнями кинжалов, пока бури из страха и ужаса давили волю.