Гражданскую войну я устраивать не буду, однако если меня повяжу, то нужно быть готовы и к этому. Как и к неожиданному самодурству Романовых. Нужно учитывать все возможные сценарии, даже самые худшие.
Тем временем мной уже были собраны основные силы, которые никак не показывали агрессии и держали вне Киева, позволяя императорским силам войти в центр. Разве что ополчение выполняло роль почётной процессии. К слову, императорские войска действовали слажено, быстро и дерзко. Болота были окружены, там уже высаживались с вагонов полки.
Также под контроль взялась наша военная полиция, военные заводы и все военные объекты. Без выстрелов, без резни, всё же удерживать Киев тем, что у меня имелось с учётом, превосходящим сил императорской армии невозможно и бессмысленно. Невозможно, потому что их больше и подготовлены они лучше, а бессмысленно, потому что тогда мы точно проиграем войну.
— Конвой с вдовствующей императрицей перехвачен. Наши солдаты попали под стражу, — продолжал отчитываться офицер разведки, переключаясь между каналами, держа связь в том числе и с радистами.
— Все живы?
— Насколько известно да.
Я кивнул и продолжил наблюдать за тем, как прямо на площадь спускается десантный корвет. Элитный, с лучшими щитами, он был самым быстрым, самым манёвренным и в нём как раз использовались передовые технологии. Медленно опустился трап, под гул паровых поршней и затем на площадь вышел сам Государь.
Все тут же склонили головы, а Николай медленно шёл ко мне разглядывая собранных вокруг меня людей. Многих он знал, с некоторыми даже порой выпивал на офицерских собраниях. Однако сейчас он был несколько зол, ведь у него имелись некоторые вопросы.
И несмотря на отсутствие магических сил он всё равно создавал сильное впечатление, возможно благодаря какой-то внутренней харизме, просто статусу или этим чарам, которые существуют за счёт нового источника питания.
И вот Николай дошёл до меня, после чего сурового задал вопрос:
— Что здесь происходит?
Глава 29
— Так вот, что произошло, — произнёс Николай, спустя долгую паузу.
Я закончил свой рассказ ещё пол часа назад, однако Государю явно требовалось время, чтобы осмыслить всё и принять решение. Впрочем, это характеризует его только как с положительной стороны. Если бы он принялся рубить с плеча и не пожелал вникать в детали, то всё бы закончилось крайне плачевно.
Помимо меня и Государя в зале теперь находились и главнокомандующие фронтами, доблестные генералы гвардейских полков и ещё несколько одарённых личностей. И слабаков среди них не было, это не какие-то послы, не диверсанты, а цвет нации и главы сильнейших родов. Мне не то, что не удавалось влезть в их разум, даже эмоциональная аура была пуста и глуха. Впрочем, ничего другого ожидать и не стоило.