— Я не знаю каким будет будущее, однако… ты прав, Государь уйдёт после войны. Политика империализма слаба и не эффективна. Её нужно заменить, если мы хотим двигаться вперёд и быть первыми в мире. Императоры этого не понимают, ни Вильгельм, ни Георг, но Николай… мне кажется в случае накале обстановки он бы и сам передал власть совету.
— А чего желает вдовствующая императрица?
— Это хороший вопрос. Потому что я этого не знаю. Но если она будет мешать нам и направит против нас половину Романовых, создав раскол… Решать вопрос придётся самым радикальным способом.
Глава 26
Самый сладкий миг — миг прозрения.
Я сидел в позе лотоса в каких-то болотах, севернее Киева. Здесь было тихо, спокойно и чисто, хотя многие со мной поспорят. Ведь болота у большинства отождествляются с грязью, местные жители также покрутят пальцем у виска, ведь в лесу не бывает тихо. А вот та зверюшка, бегущая от хищника, вряд ли согласится со мной о спокойности этого места.
Это место являлось тихим и шумным, спокойным и опасным, чистым и грязным одновременно. Как и человек является одновременно и злым, и добрым, а мир в свою очередь вбирает в себя самые разные цвета, а не только чёрный или только белый. Банальная истина, понимание которой может открыть множество дверей, но сколько людей о ней знают? А сколько людей думают, что знают?
Вся наша страна готовится к войне, а в сердцах миллионов горит пламя ненависти к немцу и австрийцу. Презрение и желание увидеть их головы на кольях — вот что направляет большинство. И многие из этого большинства искренне считают, что не делят мир на чёрное и белое. Аналогичная ситуация по другую сторону баррикад.
Двойные стандарты. Как это забавно и по-человечески. А всё, потому что человек по природе своей эгоистичен, ведь является животным, стремящимся выжить и продолжить род любой ценой. Воровать еду у другого племени для спасения себя — нормально, когда тоже делают с тобой — зло. Всё логично с точки зрения природы.
И в этом плане я сам себе не врал, ведь несмотря на всю силу оставался тем же животным. Только более развитым, не столько вглубь, сколько вширь. Я тоже готов украсть кусок мяса у чужого племени, но не ради себя, а ради всего своего вида, расы, державы. Однако имелось одно «но».
В процессах медитации и размышлениях, а также магической практики я заходил всё дальше в глухие дебри, куда не заходил никто из живущих в этом мире. И что каждый день словно миг прозрения, который пытался перевернуть всё узнанное мной с ног на голову. Многие одарённые придерживаются дуализма, разделяя разум и тело, противопоставляя материю и дух, но какая же эта ерунда…