Чем дольше я глядел за грань нашего мира, тем больше видел других граней. Насколько же сложен наш мир и как глупы все попытки уместить его в наши искусственные рамки. Мы придумываем формулы, пытаясь объяснить законы, придумывает такие понятия как «время», но не понимаем и малой доли окружения. Ведь мы словно рыба в реке, а как рыба может понять реку?

Я же был словно рыбой, которая смотрит из реки и видит непонятную картину, тоже не в силах осознать, насколько же огромен мир.

— Вот он, — сквозь нематериальные миры пронеслась мысль солдата, следящего за мной.

Он был покрыт чарами, его нельзя было увидеть глазами или магическим зрением, но мои навыки уже находились на совершенно ином уровне, пусть и оставались примитивными для миров за гранью, где мне даже ориентироваться трудно было. Однако мысли простых смертных уже не могли укрыться от меня.

А затем меня начали окружать отряды одарённых. Облегчённые и практически бесшумные экзоскелеты неизвестных мне модификаций, трофейные энергетические винтовки, самодельное оружие из австрийских, немецких, русских и даже британских деталей и покрытые очень странными рунами шашки. Они казались разношёрстным сбродом, но таковым не являлись.

Некоторое время за мной наблюдали, но вскоре ко мне вышел их лидер. Я не прятал свою силу, так что нападать они не решились. Да и, судя по всему, меня узнали.

— Александр Лебедев, не думал, что мы с вами увидимся столь скоро, — ко мне подошёл мужчина в русской форме и самодельном маскхалате, весь в грязи, будто из трясины только что вылез.

— Болотный Лис, дезертир, революционер, мародёр, партизан и гроза красного проклятья. Я думал вы будете более сильным магом. Хотя вы узнали меня даже в моём временном теле. Слухи конечно быстры, но и ваша внимательность на достойном уровне, несмотря на малую магическую силу.

— Вы пришли меня убить?

— Нет, я пришёл даровать вам прощение от лица Государя.

— Прощение?

— Да, мой адъютант пересмотрел ваше дело. Мы решили, что обвинение вас в дезертирстве было глупым и необдуманным. Также мы выделили ваши заслуги в борьбе с диверсантами врага и террором красных.

— Я и белых положил не мало.

— И за это вам тоже отдельная благодарность. Из-за внутренней борьбы простым деревням нашей империи пришлось тяжелее всего.

— А если мы откажемся?

— Вы не откажетесь.

Я поднялся на ноги и усилил свою ауру, давя всех и каждого в этих болотах. В общей сложности группировка Болотного Лиса насчитывала более пяти тысяч голов, большая часть из которых женщины, старики, дети. Борьба белых и красных не успела превратиться в пожарище, однако даже несколько искр унесли множество жизней. И если в Петрограде борьба представляла из собой проведение терактов… то в пограничных губерниях дворяне порой вырезали целые деревни своих врагов.