Старейший человек во всей империи, он успел поучаствовать в войне, но его магических сил надолго не хватило. Его час уже пробил, жить ему осталось недолго.

— Вы не получили моих писем⁈ — несмотря на усугубленный старостью и недавней нагрузкой магический дефицит Суворов говорил жёстко и даже опираясь на трость выглядел статно, будто бы контролировал ситуацию.

— Не думаю, что вы можете говорить со мной в таком тоне, — скривив губы произнесла Ольга, не собираясь поворачиваться.

— Девочка, ты совсем забылась, кто я такой⁈ Кто спас эту страну⁈ Сколько я раз помогал твоей семье ты наверное тоже забыла⁈ — настойчиво и громко говорил Суворов, приближаясь в упор. — Но самое главное, что ты забыла о человечности! Враг бежит, в их тылу лишь дети с винтовками, а ты превращаешь их в расплавленную массу! Ты сошла с ума⁈

— Это вы сошли с ума раз проявляете жалость к врагу. Уже забыли, что они делали с нашими людьми? А те эксперименты в Польше? Спросите Изабеллу Баторе, если конечно она ещё жива.

— Останови это безумие. Они уже готовы капитулировать, нужно лишь послать посла… я сам могу…

— Нет, ты уже ничего не можешь. Ты лишь старик, живущих временами, когда к врагу имело смысл проявлять уважение. Война изменилась, сегодня солдаты умирают от ядовитых газов их жгут танки и выкашивает наше новое оружие.

— Ты не понимаешь, Ольга, — покачал головой Суворов, который начал понимать, что его не слышат. — Если ты не сделаешь то, что должна…

— Что тогда, старик? Будешь угрожать мне? Или думаешь, что Соколов говорящий через твои уста сможет меня убрать? Я управляю тайной канцелярией, на моей стороне весь род Романовых, а также… — Ольга вдруг запнулась и усмехнулась. — Или ты думаешь, что «Долг и право» тебя поддержит? После смерти Лебедева эта организация превратилась в неповоротливую махину, которая скоро развалиться сама по себе. Он был центральным звеном, его уважали, а этого мальчика с улиц… Карпова, да… думаешь, он на что-то способен?

— Я думаю, что тебе лучше остановиться. Я даю время до утра.

— И что потом? Устроишь революцию?

На это Суворов ничего не ответил и ушёл. Он был куда мудрее Ольги и почти всех людей. Поэтому ему и не нравилось происходящее, ведь война закончится и всё придётся отстраивать. Не только дома, но и отношения. И какие отношения будут у Российской Империи, если она налево и направо использует своё новое оружие? Весь мир объединится против неё, как это случилось с Германской Империей.

Однако ненависть была слишком сильна и Ольга это понимала, ведь чувствовала огромную поддержку среди всех слоёв населения. Никакой жалости к врагу, только победа, полная и беззаговорочная, после которой враг уже не поднимется из грязи. Эту пропаганду народ усваивал с первого дня войны и в том числе «Долг и право» объединялся вокруг этой цели.