Сам погибай, а товарища выручай! Так завещал величайший генералиссимус. И каждый солдат, идя в бой не мог точно знать, кто именно попадёт в беду и кому оторвёт ногу, но было известно наверняка, что товарищ сделает всё и поставит на кон жизнь, чтобы тебя вытащить. И это чувство рождало в сердцах солдат уверенность, им было легче идти в атаку с таким пониманием.

Кто-то просто доставал перед атакой крестик. Многие мужики ещё продолжали верить в Бога и то, что он с ними в этот трудный час. Кто-то сочтёт это глупостью, но если эта вера даёт сил, то разве есть в ней что-то плохое? Да и мужик этот всю жизнь уже прожил, меняться уже поздно. Это его дети будут распространять атеизм и превосходство научного прогресса, в чём тоже нет ничего плохого.

И что я должен был им дать? Одним здесь ради защиты семей, другие ради себя, третьих погнали палкой, четвёртые вообще умирают в данный момент и помочь им… вероятно уже невозможно. Артиллеристы боятся, что их орудие рванёт, водители боятся налёта авиации… всем им нужны образы, реальные и настоящие, чтобы заставить их поверить в победу и собственную силу.

Я мог помочь каждому по отдельности, но прямо сейчас в атаку шли целых три дивизии! Три! Десятки тысяч людей, как я могу помочь им всем одновременно? Я говорю про великого Царя, и меня слышит едва ли половина. Про Веру и тут же у всех ассоциация с Богом, что вызывает порой сугубо обратные эмоции. Отечество… да многие плевать хотели на отечество, они здесь не ради Родины, а ради своих семей и ради мести врагу.

— Немцы идут в контрнаступление, — вдруг объявил связист.

Стальные вереницы рейха двигались на других участках, они собирались сделать котёл, пока три наших дивизии пытаются штурмовать позиции врага. Возьмут нас в клещи, создадут окружение и раздавят паровыми танками, которые уже сотнями поставлялись на фронт. Экономическая машина рейха достигла своего пика.

— Ты концентрируешься на одной роте, а должен покрыть всех! — рявкнул мастер, после чего из нашего штаба удалился один из генералов, дабы вступить в бой лично. — Мы так проиграем!

У меня же не было сил даже ответить. Я не понимал, как можно одновременно покрыть всех и сразу. Я выбираю одну роту, кладу на неё свою волю, но даже там собрались слишком разношёрстные личности. А эти штрафные батальоны Баторе? Да там вообще иной подход нужен! Но если работать точечно, то покрыть всех не получается. Сил не хватает. Если работать по площади, то накрываешь лишних. Я всё никак не мог нащупать баланса. Кажется… я и вовсе делал только хуже.