Но таковы суровые реалии. Мы уже заплатили огромную цену в войне. Многие генералы погибли в жестоких схватках, им на замену пришли новые и не очень опытные, порой откровенно тупорылые генералы. И на отдельных участках происходило сущее безумие.

Кроме того, в приграничных губерниях было неспокойно. Красные более не имели здесь власти, но желания получить независимость никуда не исчезли. Более того, эти желания вынудили сепаратистов сотрудничать с врагом. А значит самое время провести чистку.

Что же касается того, что солдаты здесь не знаю званий… то тут уже виноваты не сепаратисты. С недавнего времени у нас проходят службу все мужчины с пятнадцати до пятидесяти пяти лет без исключения. Теперь все поняли, что мобилизационный резерв у нас не бесконечный и бабы ещё не нарожают.

— Это кошмар, господин Лебедев, — произнёс мой вернувшийся адъютант. — На складах не хватает снарядов, хотя в отчётах всё было идеально. Также проблема с винтовками. Их не хватает.

— Проклятье, немцы уже с пистолетами-пулемётами бегают вовсю, а мы не можем обеспечить солдат винтовками⁈ Кошмар! — в чувствах воскликнул я. — А с едой что⁈ Почему солдаты едят крыс⁈

— Не могу знать, — ответил Константин.

Также я не смог без слёз смотреть на линию укреплений. Перемирие длится уже как месяц, линия фронта далеко, однако здесь уже должны быть подготовлена сеть узловых оборонительных сооружений. А я вижу лишь траншеи, обоссаные блиндажи, грязь и голодных солдат без винтовок и снарядов. Конечно, быть может, на самой линии фронта дела обстоят лучше, но вряд ли.

К слову, здесь должны строится тяжёлые укрепления, которые выдержат обстрел из тяжёлой артиллерии. Под тяжёлой подразумеваются в том числе калибры триста и выше, которые имеются у немцев.

— Что будем делать? — спросил шокированный Константин, глядя на этот кошмар.

— Всю ставку под стражу и на допрос. Завтра проведём расстрелы.

— Расстрелы офицеров?

— Это не офицеры, а падаль гнилая.

Конечный план обороны заключался в постройке линий укреплений от Нарвы до Чёрного Моря, вдоль Минска и Киева. Постройка эта займёт множество времени и ресурсов, однако у нас есть время. Как только немец пойдёт в атаку, наши силы будут брошены на удержание восточных рубежей и последующего отступления.

Да, отступать придётся и часто. Однако, чем глубже враг будет заходить, тем сильнее будет нагрузка на его логистику. Тем больше людей он будет терять. Мы же вымотаем его, а после дадим генеральское сражение. Главное с такими отступлениями и перегруппировками до Москвы не дойти, однако так или иначе нужно понимать — нашей державе нужно время. Промышленность разворачивается, в тылу начинают работать новые военные заводы, резервы готовятся каждый день и всё это будет продолжаться и дальше.