— Ты не представляешь, какие мысли одолевают меня, когда я смотрю на тебя, — шепнул император и завел мои руки над головой, удерживая. — Что мне хочется сделать — сами боги не знают.

— У тебя есть множество ночей, чтобы испробовать все, — ответила я, подаваясь вперед.

Дармиир слегка приподнялся, чтобы оглядеть мое тело. Его глаза — сам огонь. Стоило мне подумать об этом, как по моему животу побежали всполохи. Я выдохнула, чувствуя, как согревающий огонь подбирается к груди, а после ныряет вниз, как и пальцы Дармиира. Я вновь выгибаюсь, одновременно пытаясь закрыться, и отвожу взгляд в сторону, чтобы не смотреть в глаза мужа, полные наслаждения и легкой насмешки. Ему нравится моя реакция — смущенная, застенчивая и вместе с тем открытая. Я не могу позволить себе отказаться от его бесстыдных движений и в то же время хочу ответить Дармииру не менее жаркой лаской.

Казалось, мы чувствуем и мыслим одинаково. Невозможные, непристойные движения, о которых я раньше могла только думать, но никогда — испытывать. Кажется, что весь мир отделен от нас, а в этой постели и в этой спальне существуем только мы и безумные порочные ласки.

Мои движения неумелые, но желанные. Я наслаждаюсь нашей близостью, в чем даже мысленно признаться стыдно. В глазах Дармиира — упоение, смешанное с чем-то еще, настолько сильным, что мне никогда не хочется прекращать этих сладостных минут.

Его состояние — на грани. На грани чувств и эмоций. Мое — тоже. Мне нравится все, что я делаю, или все, о чем могу думать.

Дармиир приподнимает меня. Одно движение — и мы единое целое. Безумие то, с какой раскованностью я принимаю его, с каким восторгом и страстью доверяюсь мужу. Дармиир — неистов, в нем нет той нежности, что была в наш прошлый раз, но сейчас мне и не нужна его нежность — я люблю его таким, какой он сейчас.

— Пожалуйста, — шепчу, едва разбирая собственные слова. — Дар, пожалуйста…

О чем я прошу его? Не понимаю, просто хочу его всего.

Экстаз накрывает нас внезапно и почти одновременно. Я откидываюсь на подушки и тяжело дышу, а мужчина ложится рядом, прикрывая глаза и улыбаясь. Я подбираюсь к нему ближе и любуюсь точеным профилем, высокими скулами и длинными темными ресницами.

— Дар, — шепнула, смущенно улыбаясь. — Я люблю тебя.

Слова вырвались сами собой, я не ожидала от себя подобного признания и застыла, боясь реакции Дармиира. Мужчина, казалось, тоже замер, но в его глазах зажглись восторг и упоение. Он улыбнулся и, притянув меня к себе, прижался ко мне лбом. Мы смотрели друг другу в глаза, боясь даже дышать.