— Что же тебя так веселит? — не выдержав, спросил Дармиир.

— Ваше величество, неужели вам не доложили, что происходит во дворце? Тут поселилась прекрасная леди, я бы сказал — очаровательная.

Император вскинул бровь и усмехнулся. Зармиир всегда был падок на прекрасный пол. Кто же на этот раз привлек рубинового дракона?

— И кто она? — скучающим тоном спросил Дармиир.

— Ваша жена, мой император, — откликнулся рубиновый и усмехнулся, наблюдая за переменами на лице брата. И продолжил он уже неофициально: — Ты ведь тоже заметил те изменения, которые произошли в твоей жене? Ею действительно можно очароваться: она невинна и обворожительна. Почему ты её не приложил чем-нибудь тяжелым раньше?

— Потеря памяти — чистая случайность. Она поскользнулась и упала.

— Интересно, от кого она так бежала, что так нелепо полетела по ступенькам? — задумчиво спросил Зармиир и в упор посмотрел на брата. — Что она сделала? Слуги говорят, что вы поругались.

— Слугам пора отрезать языки.

— Надо же, ты заговорил как прежняя Вирьяна. Неужели успел нахвататься от неё? — весело спросил рубиновый. — Придется тогда и тебя столкнуть с лестницы.

— Звучит как измена, — пригрозил император. — Зачем ты пришел, Зармиир?

— Поговорить. Совет беспокоится о том, что у тебя так и не появился наследник, а уж сегодняшнее событие их взволновало еще больше: ты не смог усмирить одного дикого дракона, и он спалил деревеньку у подножья Данских гор.

Дармиир поморщился, вспомнив об этом. Он чувствовал ответственность и не мог себе простить, что допустил ошибку. Совет действительно потребует объяснений, но Дармиир пока не может позволить распространиться панике и рассказать совету, что в горах обитает темная сила, которую даже черный дракон не в силах обнаружить.

Зармиир смотрел на императора испытывающе. Двоюродные братья были ближе, чем кто-либо мог подумать: они держались отстраненно и уважительно на публике, лишь в личном общении позволяли себе вольности. Отец черного дракона и мать Зармиира были родными братом и сестрой, из-за чего их дети проводили много времени вместе. Рубиновый — один из немногих, кто входил в ближний круг.

— В Данских горах что-то поселилось, — признался Дармиир. — Настолько опасное, что это пугает диких драконов, заставляет их бежать из ареала их обитания. Это что-то темное, скрытое завесой, которую даже я не в силах отодвинуть.

— Ты говоришь страшные вещи, Дармиир, — проговорил рубиновый. — Что может быть настолько сильным, что испугало диких драконов?

— Нам предстоит это выяснить.

— Маги из Инквизиции говорят, что грань миров истончается, — заерзав на стуле, протянул Зармиир. — Может, где-то образовалась трещина, которой и воспользовалась темная сила, чтобы проникнуть в наш мир?