Комбриг раскрыл свою папку.

— Товарищ командующий, по вашему устному указанию, мы с товарищем Птухиным разработали параллельный план создания ложных аэродромов.

Он положил на схему еще один лист кальки. На нем зелеными квадратами были отмечены новые точки, в среднем в 10–15 километрах от реальных планируемых площадок, а иногда и в совершенно других, с тактической точки зрения, бесполезных местах — в открытых полях, у хорошо заметных ориентиров.

— Мы руководствовались следующими соображениями. Мы создаем объекты, которые с воздуха будут неотличимы от настоящих аэродромов подготовительной стадии. Для этого мы используем минимальные ресурсы. Силами колхозников или того же саперного батальона быстро выравнивается площадка примерно нужных размеров. На ней в определенном порядке раставляются макеты самолетов, изготовленные из подручных материалов — деревянные каркасы, обтянутые брезентом. Рядом строятся бутафорские ангары из жердей и маскировочных сетей, имитируются заправочные пункты — бочки, расставленные по определенной схеме. Даже намечаются «взлетно-посадочные полосы» путем снятия дерна или, наоборот, подсыпки светлого песка, хорошо заметного с воздуха.

Птухин добавил:

— Главное — активность. На ложных аэродромах должно постоянно что-то «происходить». Раз в несколько дней туда должен приезжать грузовик, имитирующий доставку горючего. Люди должны перемещаться. Вечером можно иногда зажигать несколько огней, как при приеме самолета. Мы хотим, чтобы немецкая разведка их обнаружила, зафиксировала и внесла в свои карты как реальные объекты. Тогда при начале конфликта удар их бомбардировочной авиации будет рассеян между десятками целей, из которых лишь часть будет настоящей. Это увеличит шансы сохранения нашей реальной авиагруппировки.

Я кивнул. Идея была не нова, но ее системное применение в масштабах всего округа могло дать эффект.

— А защита реальных площадок? — спросил я. — Маскировка от наземной и воздушной разведки?

— Здесь сложнее, — признал командующий ВВС округа. — Идеальная маскировка — это когда аэродрома нет. Поэтому упор делается на рассредоточение и быстрое развертывание. Самолеты базируются на основных аэродромах, но при получении сигнала тревоги должны рассредоточиваться по полевым площадкам. Сами площадки в мирное время выглядят как участки пашни или луга. Укрытия-капониры строятся в виде полуземлянок, их крыши засеваются травой или маскируются под стога сена. Подъездные пути — обычные грунтовые дороги, не привлекающие внимания. Никакого бетона, никаких отчетливых ориентиров.