— Куда вы меня ни за что не отпустите.

— Не могу обещать вам это, — сказал контрразведчик. — Через три дня вы вылетаете в Пенемюнде, но сначала мы должны с вами разработать легенду. И не здесь. Вы переезжаете на конспиративную квартиру.

Пенемюнде, Ракетный центр. 5 декабря 1941 года.

Я прошел вдоль ангара, осматривая ряды станков и конвейеров. Глушко следовал за мной, что-то помечая в блокноте. Грибник держался чуть позади, но я чувствовал его взгляд — он тоже оценивал обстановку, только с другой стороны.

— Что по режиму? — спросил я у здешнего коменданта, остановившись у стеллажа с каким-то оборудованием.

— Все меры приняты, товарищ Маршал, — заговорил тот. — По периметру — усиленная охрана. Доступ только по спецпропускам. Въезд и выезд не только работников, но и жителей Пенемюнде осуществляется строго по спискам. Все местные, кто работает на объекте, прошли проверку.

— А немецкие специалисты?

— Фон Браун и его группа сейчас находятся в отдельном жилом блоке. Под охраной, само собой, но условия для работы и жизни им созданы нормальные. Квартиры, питание, возможность работать не только в бюро и цехах, но и на дому. Первый отдел, конечно, все проверяет, но и доверие тоже присутствует. Все-таки они ценные кадры, а не заключенные.

— Товарищ Глушко, — сказал я, повернувшись к нему, — как быстро вы сможете наладить здесь серийный выпуск «Р-1М»?

— Как только с головного предприятия доставят чертежи и спецификации, — принялся отвечать тот, — и если вовремя поступит металл и другие материалы, то не ранее чем через месяц. То, что нам обещали из центра, пока не поступило.

— Спецэшелон из Москвы будет здесь через три дня, — сказал я, — но не следует терять ни минуты. Делайте из того, что уже есть.

— Есть, товарищ командующий.

— Немецкие товарищи занимаются восстановлением авиационных заводов Мессершмита, Фокке-Вульфа и других, — ответил я. — Я уже отдал распоряжения по передаче в их распоряжение военнопленных, имевших отношение к авиационной промышленности. Им обещано освобождение за труд.

— Своевременное решение, товарищ Маршал Советского Союза, — тут же подлизался новый технический директор Советского Ракетного центра.

— И вот еще, товарищ комендант, — добавил я, обращаясь уже к Тригорину. — Обеспечьте технику безопасности, санитарные условия, медицину. Спецодежда, трехразовое питание, душ и прочие удобства. Местных привлекать осторожно, только тех, кто готов работать и не будет болтать лишнего.

— Будет сделано, товарищ командующий.

Мы вышли из ангара. Снег валил хлопьями, ветер с моря был холодным и колючим, но в окнах конструкторского бюро светились окна, там шла работа по подгонке технической документации так и не состоявшейся ракеты «Aggregat» к требованием «Р-1М».