[1] Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними.
[2] Я сделал всё, что смог; пусть те, кто сможет, сделают лучше.
[3] Всё своё ношу с собой.
[4] Вопреки расхожему мнению уточним: это кажущееся грубым и вульгарным выражение появилось благодаря пасхальным яйцам Фаберже.
Глава 10 Синопские письма
Два месяца я пинал балду в Синопе, заходясь от раздражения. Турист, блин! Угораздило меня сюда забраться!
Впрочем, других вариантов не было. На черноморском побережье Турции Синоп был самой лучшей, самой защищенной гаванью для зимнего времени. Полуостров, напоминающий шарик на ниточке, надежно прикрывал бухту от зимних штормов. Именно они перекрыли мне путь на Кавказ.
Метро закрыто, такси не содют. В смысле, кочермы, набившиеся в порт, как шпроты в банке. Сколько я ни спрашивал капитанов о «трансфере» в нужную мне точку, мне неизменно отвечали: йок, эфенди! Я этим йоканьем был сыт по горло! Как и портовыми кабаками, которые ежевечерне навещал в надежде на чудо. Но чудеса закончились, не успев начаться. Спасибо старине Спенсеру!
Наверное, ему икалось в его промозглом Лондоне. Я не уставал его костерить на все лады. Как он меня подставил! Мало того, что всю зиму мне пришлось торчать в обществе черкесов-эмигрантов, пьяной матросни и местных путан, так еще и выяснилось, что в Грузию морем мне не попасть. Не плывут туда контрабандисты. Не выгодно, но опасно. Рабов не купишь, а на русский патруль нарвешься запросто.
А часики тикали. Тамару могли уже собирать в дорогу. Еще месяц — и придется ее с боем вырывать из дома молодого мужа. Я даже к такому повороту событий был готов. Вот же Эдмонд подсуропил!
При всей моей злости на него, я не мог не признать, что в сравнении со стариной Беллом он — красавчег! Ему я готов был прикрывать спину и проливать за него кровь. А для Джемса Станислава у меня было только два слова: «пошел ты»!
И не моя хандра была тому виной. Паршивое настроение, естественно, присутствовало. Но Белла я стал бы ненавидеть всем сердцем, даже случись долгожданная встреча с моей грузинской царицей. В нем я видел причину своих несчастий. Отчасти, несправедливо, зато искренне. Не ругать же самого себя за то, что все так вышло?
Мою ипохондрию скрасил, но до конца не развеял приезд Дмитрия Цикалиоти с Фалилеем. Юнкер заявился в Синоп под предлогом осмотра береговых укреплений. На самом деле примчался меня увидеть, как только я подал весточку о себе в османскую столицу. И Фалилей захотел того же. В общем, наша банда «Веселые ребята» собралась почти в полном составе. Лишь Его Преподобие не почтил меня визитом. Фонтон запретил. И сам в Стамбуле остался. Был крепко занят своими шпионскими буднями.