Еще один момент истины. Князь считал, что, если я их дурю, не приму подарка. Наивный албанец! Я недавно подштанникам радовался больше, чем ордену! Недаром Лесков написал, что грек обманет самого черта!
— Благодарю за щедрость, княже! — ответил я по-русски, снова вгоняя в ступор владетеля Абхазии и полковника русской службы Михаила Шервашидзе. До него, наконец-то, дошло, что грек Зелим-бей — еще та шкатулочка с сюрпризом.
[1] Официально система крепостей и укреплений черноморского побережья Кавказа стала называться Черноморской береговой линией с 1839 г.
[2] Правильное название «офицеры Кавказской линии и Черномории», но мы решили использовать термин «Правое крыло», чтобы читатель легче мог ориентироваться, тем более, что это выражение широко использовалось даже в официальных документах.
[3] Турецкое название Лыхны — Соук су, холодная вода. Появилось благодаря вкуснейшей колодезной воде.
Глава 20 Вести из Туманного Альбиона
Мы возвращались в Бамборы. Битву слов я выиграл вчистую. Я вел в поводу великолепного «черкеса». К его седлу были приторочены другие подарки. Несколько дворян из окружения владетеля решили последовать его примеру и проявить уважение к гостю, который поразил их воображение своим рассказом и своим поведением. Дорогое ружье английского производства (не от мистера Белла ли?), кривая турецкая сабля в ножнах, отделанных пластинками из полированной кости, кинжал кубачинской работы, мужская шпага-трость с хитрым замком, позволяющим извлечь полуметровый клинок с клеймом толедских мастеров[1].
Последний подарок был от Кацы. Он извинился за его скромность. Мол, после сожжения его селения финансы поют романсы… На самом деле, его дар был с подковыркой. Коварному уруму — фальшивую трость с оружием тайного убийцы!
Кто я такой, чтобы спорить со старым абреком⁈ Дай Бог, свидимся, и гибкая сталь из Испании напьется твоей крови!
Пацовский был в шоке! Поскольку на встрече у владетеля говорили мы больше на грузинском, генерал многого не понял. Но результат его впечатлил:
— Умеешь ты удивлять, Константин Спиридонович, — признался взволнованно генерал. — Я думал, бросятся на тебя абхазы. А ты с подарками возвращаешься!
— Ваше Превосходительство! Давайте до заезда в крепость на базар завернем. Быть может, я еще раз вас удивлю.
Генерал-майор лишь головой покачал. Возражать не стал. Отдал приказ своей охране заворачивать к форштадту.
Базар в слободке не поражал. Толстые армянские купцы жарко спорили с покупателями — преимущественно, с абхазами из близлежащих сел, приехавших за иголками, тканями, солью и мылом. Местные в ответ тащили дары лесов, чихирь и мед. За прилавками не стояли. Отдавали торгашам по бросовым ценам. Могли и кинжалы предложить, снятые с врагов-убыхов, или, если нужда заставит, личные родовые. Подобного добра тут хватало.