— Продолжайте.

— Анри д’Арамитца обвиняют в том, что он работает на Мазарини. Доносит ему о всех делах гугенотов. Что Анри виновен в гибели нескольких агентов принца Конде.

— Как и думал де Порто, — кивнул я гугеноту. Тот всё ухмылялся.

На полянку, наконец-то, вышли де Порто и д’Атос. Обе держали в руках шпаги, но заметив, что мы тут мило болтаем, они скорее растерялись. Д’Атос вышел вперёд и помахав в воздухе шляпой (безо всякой грации советского фильма) спросил:

— Мадемуазель, нас ещё не представили…

— Арман, это Анна. Анна, это Арман. Хорошо, что с формальностями покончено, теперь к делу. Анри, что там за агенты Конде?

— Думаю, он просто запудрил мозги паре молодых ребят, — вздохнул Анри. — Подослал их куда-то, где их бы точно раскусили и бросили в темницу. А то и порубили на месте.

— Верно, двое юношей погибли от рук личного слуги Мазарини. Того жуткого мужчины в чёрном.

— Рошфора? — почесал в затылке Исаак де Порто. — Не думал, что телохранители передаются по наследству среди кардиналов.

— Послать молодёжь убиться о Рошфора, а потом повесить это на тебя… — я вздохнул. — Но зачем, Анри? Он же вроде тебе доверял.

— Если бы я знал, Шарль. Но, мадмуазель Анна, что же было дальше? — с улыбкой, д’Арамитц уставился на Миледи. Исаак и Арман уселись рядом с ним, на том же поваленном дереве. Одни мы с Миледи остались стоять.

— Я поняла, что вас захотят убить. Кто-то сказал, какой-то мужчина в маске, что вы на рассвете покинете Париж. За вами отправят погоню, а потом ещё и гонца в ближайшие города в округе, где есть ещё гугеноты.

— Способные держать оружие в руках гугеноты, вы хотели сказать, — печально рассмеялся Анри.

Миледи кивнула.

— Я поняла, что вас захотят убить. Я знала, что вы поскачете на север и отправилась следом, но старалась держаться чуть подальше от главной дороги. Чтобы не выдать себя. Уже в Сен-Дени я заплатила паре солдат, чтобы узнать про вас.

— А затем она влезла в наше окно и сказала, что мы должны бежать, — улыбнулся Анри. — И что это лучший способ спасти тебя, Шарль.

— Вас нужно было выманить из города, — сказала девушка, повернувшись ко мне. — Я слышала, что большая группа головорезов, выехала из Парижа после заката.

— Значит, города нам отныне не друзья, — вздохнул де Порто.

— Верно, — кивнул я. — у Конде могут быть друзья в любом городишке по дороге.

— Его рука дотянется и до Гавра и до Шербура, — проронил Анри д’Арамитц. — Нам не сесть на корабль незамеченными.

— Он не собирается нас убивать, — вздохнул я.

— Что? — Арман даже поднялся с полена. — Как это так? Он же посылал трижды убийц!