Нас тем временем заметили. В орочьем лагере медленно, но верно начиналась паника. Я уже видел, как суетятся воины возле костров, как разбегаются женщины и дети, и как лучники натягивают тетивы своих луков…

— Наведи им там шороху, — распорядился командир, обращаясь к драконоводу.

— Эй! Нам вообще-то нужно найти и забрать Аменахина, — напомнила Сев, — Возможно он жив, и орки держат его в плену. Император сказал…

— Да я не хуже тебя слышал, что сказал император, — перебил бородатый командир, — У меня тоже есть уши, Сев, хотя и нет таких милых титечек, как у тебя. Но шороху навести все равно нужно. Я не собираюсь давать зеленорылым шансов разбежаться. Огненную блокаду им! Давай!

Второму дракону, летевшему следом за нами, командир отдал тот же приказ, только уже не криками, а жестами, перемежая их совсем неприличными.

Оба дракона резко ускорились и, не набирая высоты, закружились прямо над лагерем орков.

В нас тем временем уже летели стрелы, но нам было на это плевать. Долетавшие до дракона стрелы уже теряли свою энергию, так что не могли даже поцарапать сталь, защищавшую драконово брюхо. А до всадников орки дострелить не могли.

Оба дракона синхронно разверзли пасти и начали поливать лес тугой струей напалма. А вот теперь стало светло, как днем, и жарко, как в сауне. Я за несколько секунд покрылся потом, ветер, дувший мне в лицо, стал обжигающим и горячим.

Драконы облетали лагерь орков и жгли шатры и деревья по его краям, таким образом создавая вокруг орочьей стоянки сплошное кольцо огня. Видимо, это и была та самая тактика огненной блокады, о которой болтал командир.

И эта тактика работала. Орки, которым не посчастливилось оказаться с краю, уже визжали и пылали, обратившись в живые факелы. А все остальные бросились к центральному шатру, надеясь спастись там. Вообще глупая идея. Дракону достаточно дыхнуть на этот шатер один раз — и он обратиться в один громадный похоронный костер.

Я, как зачарованный, смотрел, как мечутся объятые огнем орки, как корчатся в муках сжигаемые заживо, как воины орков сбиваются в кучи и продолжают бесполезную стрельбу из луков, и как бегут самки, прижимая к груди детей.

Внизу творился настоящий ад. Но огненное кольцо, окружившее лагерь, работало безотказно — ни один орк не сбежал. А караульщики, сторожившие периметр лагеря, все погибли за несколько секунд. Ветер теперь доносил до меня запах горелой древесины и жженой плоти. Лес внизу трещал и ломался, горя белым пламенем, сжиравшим все на своем пути.

— Хей, отличная работа! — довольный драконовод достал из мешка и забросил дракону в пасть гоблинскую голову, поощрив животное.