Разумеется, я вскочил на ноги и бросился к дверям вагона. Но толку от этого было мало: поезд еще не достиг станции, двери закрыты. За дверями царила тьма, но в стеклянных окошках дверей бешено метались фиолетовые блики.
Я начал колотить по кнопке связи с машинистом:
— Откройте двери! ЧП! ЧП в вагоне…
Мой взгляд скользнул ниже кнопки, туда, где написан номер.
— В восьмом, восьмом вагоне ЧП! Открывай!
Разбить стекло кулаком?
В отражении стекла я увидел, что портал теперь мерцает так ярко, что уже напоминает ядро термоядерного реактора. Звуки из него теперь шли совсем стремные, будто он сейчас взлетит в стратосферу, вместе с вагоном и всем поездом. Нет, не хочу умирать…
Я обернулся и выкинул вперед руку в безуспешной попытке закрыться от этой мощи и этого жара, но жест был рефлекторным, и ничуть мне не помог: заслоняться от потустороннего рукой — всё равно, что защищаться палкой-копалкой от шестого флота ВМС США.
Окончательно взбесившийся портал вдруг раздулся настолько, что пожрал весь мир вокруг, и меня вместе с ним…
Глава 3
Мир вокруг меня завертелся, как волчок на ракетной тяге. Сознание я не потерял, но вот ориентацию в пространстве — полностью. Мне показалось, что на миг меня самым натуральным образом расщепило. Казалось, что ноги у меня теперь росли из лица, а моя кожа стала черной, смешавшись с кожей моего пальто.
Я только и успел подумать, что не хочу превращаться в чешуйчатого негра и составлять одну сущность с моей собственной одеждой. Но больше я подумать не успел ничего, потому что мысли у меня точно также размешались, будто мне в мозг кто-то сунул миксер.
Произошла какая-то тотальная дефрагментация вообще всего меня, но продлилась она не дольше секунды.
Уже через мгновение грянул оглушительный взрыв. Как атомный, только наоборот. Ибо атомный взрыв всё разносит на куски, а этот взрыв, в противоположность атомному, собрал меня обратно в цельную сущность.
Я увидел серый пол вагона метро — ага, значит, я все еще в вагоне, никакого перемещения не произошло… Вот только пол теперь не под ногами, а справа от меня. А слева — потолок вагона.
И между этим полом и потолком на секунду завис я. А потом стремительно полетел вниз, будто в шахту. Впрочем, шахта оказалась не слишком глубокой: пролетев несколько метров, я в последний момент успел ухватиться за поручень, а уж потом меня припечатало о межвагонную дверь. Я чуть не высадил эту дверь собственными коленями.
Я одновременно попытался приземлиться, точнее говоря, придвериться руками, чтобы распределить вес при падении и не сломать себе ноги.