Кожи, покрытые письменами, ожидаемо оказались орочьими. Правда, написаны они были не на знакомом мне языке орков, а на каком-то древнем протоорочьем диалекте. Читались они нелегко — древние орки, подобно евреям, игнорировали гласные, так что в тексте прописывали лишь согласные. Впрочем, моя системная способность понимания языков работала, как швейцарские часы, так что я бегло ознакомился с какой-то орочьей сказкой про мальчика, у которого не росли зубы, потом с какой-то не менее орочьей порнографией про пьяного орка и трех эльфиек, потом с инструкцией по борьбе с людьми.
Инструкция заканчивалось оптимистично, фразой о том, что «лучшее средство от человека — бегство от него». Но, судя по тому, что этот древнеорочий диалект ныне стал вымершим: даже бегство его носителям не помогло. Люди их уничтожили, как и многих других…
Я просмотрел еще несколько кож, но и на них содержалась лишь туфта — какие-то рецепты по поводу разделки кабана, сборник молитв от зубной боли, описания обрядов мужской воинской инициации…
Знал бы император, какая хрень у него хранится в запретной секции — давно бы уже приказал выбросить все это на помойку, а то и предать огню.
Нечто интересное обнаружилось разве что на последнем куске кожи, за который я взялся. Интересными в нем были целых два факта. Во-первых: текст на этом куске кожи был явно написан кровью. А во-вторых…
Во-вторых, текст состоял из непонятных знаков. Непонятных даже для меня!
Я на миг даже перепугался, что системные силы оставили меня, но переведя взгляд на другой орочий документ, убедился, что читать на древнеорочьем все еще могу. Не мог я читать только одну единственную кожу: вот эту последнюю, написанную кровью.
Я вперил в неё взгляд, даже напрягся, но ничего не происходило, знаки все еще оставались непонятной абракадаброй.
Лишь через пару секунд напряженного вглядывания в текст, Система наконец соизволила сообщить мне:
«Доступ запрещен, декодирование невозможно»
И всё.
Глава 12
Таинственную орочью кожу я расшифровать так и не смог, так что просто сунул её в карман кафтана. Раньше, очень редко, я брал из офиса домой чужие ручки, а однажды — сунул в карман фарфоровую собачку в магазинчике сувениров, а теперь, видимо, становлюсь настоящим клептоманом. Сам не знаю, зачем мне эти непонятные письмена, но в моем кармане им точно будет лучше, чем в пыльной забытой секции.
Я уверен, что они мне пригодятся. Не знаю, как и где, но лишними точно не будут. Возможно, понадобятся в самый последний момент, как те таинственные артефакты в приключенческих книгах.