Я поднял руку, мои девчонки, хоть фильмы про спецназ и не смотрели, послушно замерли. Холоп, как подсказывало мне мое чутье, находился совсем неподалеку, буквально за поворотом, где, кстати, никаких поворотов быть и не должно было, и оттуда доносился какой-то непонятный шум, голоса, произносившие что-то похожее на молитву. Или на темное песнопение сектантов…

Осторожно и стараясь двигаться бесшумно, я подкрался и заглянул за угол. И тут же резко отдернул голову, чувствуя, как мое лицо заливает краской.

Холоп был не один.

За углом находилось небольшое помещение, буквально комнатка со сводчатым потолком. На полу лежали шкуры, подушки, ковры — а я думал, куда вон тот ковер делся? — стояли светильники, тарелки с заедками, бокалы с напитками, боярыня Морозова…

И, несмотря на то, что она находилась на коленях и повторяла «Господи! Господи! Господи!» — молитвой происходящее не являлось.

— Что там? — попыталась проползти мимо меня Аглаша.

— Ничего, — буркнул я, — Ошибся я.

— Давай-давай-давай, еще-еще-ещ… да!!! — послышалось из комнатки.

Тут уже покраснели все мои девочки.

— Пойдемте, не наше это дело, что там происходит…

Нет, ну правда. Боярыня — женщина еще не старая, у нее есть свои желания, а подлый боярин Осетровский отверг ее… кхм… предложение. Вот она и нашла себе, молодого, сильного и стойкого.

Пусть.

Но надо будет ей, что ли, какой-то подарок сделать… Всякой женщине внимание приятно, а невнимание — злит.

2

Две девчонки, Ав-Ав, живой детектор серебра и Соломинка, живая сушилка для бревен, весело носились по двору моего терема, играли то ли в догонялки, то ли в казаки-разбойники, то ли просто бегали от избытка детской энергии. А чего бы им не побегать? Весна, май, солнце, тепло — красота! Я бы сам с удовольствием побегал, но боярину несолидно. Тем более, что Ав-Ав, что Соломинке заняться было особо нечем: одна разыскала серебряную руду, чем окупила свое содержание лет на триста вперед, а лихорадочная стройка закончилась, так что и второй подружке тоже пока делать было нечего. Правда, ее отец, тот суровый плотник, наверное, нашел бы ей чем заняться, вот она от него к подружке и сбежала. То они в тереме чем-то там в ав-авиной комнатке занимались, то вон, по двору носятся.

— … а у меня не получилось, — донесся до меня обрывок разговора. Я стоял на крыльце, облокотившись о резные перила, а девчонки, набегавшись, плюхнулись на лавку прямо подо мной.

— Так и у меня не получается больше, — развела руками Соломинка, — Один раз только Слово и придумалось.

— Ничего, потом еще попробуем.