— Что делать, чтобы такого больше не повторилось? — хлопнул я ладонью по столу, подытоживая сказанное. Да, у меня уже завелся стол для совещаний, представляете? Более того — есть даже помещение, в котором этот стол стоит. И то, что у этого помещения еще нет крыши, и по стропилам над нашими головами скачут плотники — право такая мелочь. Если б вы знали, как мне надоело спать в повозке и мыться в снежной бане…
Глаза священника сверкнули фанатичным блеском:
— Церковь! Надо строить церковь! А потом, по всем границам вашей вотчины — пройти с иконами! Ни один бес не прошмыгнет!
Не поспоришь. Это в моем прежнем мире постройка церкви — повод для возмущения, а облет самолета с иконой вокруг то ли Москвы, то ли Ленинграда, остановивший наступление немцев — глупая легенда. Здесь же, где нечисть — ЕСТЬ, церковь нужна не менее, чем установки противовоздушной обороны там, куда прилетают вражеские бомбардировщики. То есть — можно и без нее, но проблемы за ваш счет.
Но первым делом — нужно все же определить границы вотчины, иначе что священнику обходить с иконами? Я, с трудом удержав серьезное выражение, внутренне усмехнулся. Купись я предложение беса и сумей отхватив себе действительно большой кусок — батюшка задолбался бы обходить мои владения по периметру. Во всем нужна умеренность.
Итак — объявление вотчины, вот самое главное, что я должен сделать. Но для этого мне нужно развернуть Источник, а для этого — оборудовать надежное укрытие для него.
Где там мой крот?
Глава 20
1
С высоты местность вокруг моего фамильного — в будущем — особняка, место будущего города до крайности напоминало муравейник. Знаете, как в лесу: длинный пологий склон — значит, южная сторона, хех, не зря природоведение учил в школе — из него торчит пень, в данном случае — выступ, на котором красуется золотом свежего дерева мой терем, и по всему склону — муравьи, муравьи, муравьи! Бегают, суетятся, тащат туда-сюда сосновые хвоинки. Вот точно такую же картину я и наблюдаю. В роли муравьев — мои переселенцы, в роли сосновых хвоинок — сосновые бревна.
Мои «мураши» чуть ли не подчистую выбрили лес на приличной площади, готовя стройматериалы. «Зеленые» меня бы прокляли, окажись они здесь. Они же считают, что дома растут сами по себе, АЭС нужны для того, чтобы загрязнять природу, электричество получают из розетки, а литиевые аккумуляторы для экологичных электромобилей приносят розовые феечки из волшебной страны.
В любом случае — место под город надо расчищать. Вот моя строительная бригада и пашет, как пчелки… ах, простите, как муравьи. Меня поначалу смущало то, что дома вообще и мой терем в частности планируется строить из свежеспиленного леса, я что-то слышал краем уха про усушку и усадку, да и запах сырого дерева — это не то, чем т хочешь наслаждаться целыми днями, в ожидании, пока твой дом просохнет. Оказывается — я зря нервничал. Каждый плотник — ну, почти каждый — владеет Сухим Словом, которое позволяет вмиг высушить бревно до нужной кондиции. Вернее, сначала снять с него кору — свежая кора снимается с бревна влет, а отскоблить сухую тот еще геморрой — обработать по месту, а потом уже сушить. Вон, например, плотник, которого мы подобрали в Омске, тот, что с дочкой. Я еще думал, зачем он дочку-то с собой потащил. Оказывается, именно она у него Сухим Словом владеет. Подходит эта тонкая тростиночка к бревну, прикладывает руку к торцу — и только «чпуньк» раздается, после чего на этом бревне можно играть, как на ксилофоне, оно аж звенит.