Начнем с того, что со смертью колдуна ничего не закончилось…

3

Соломинка отдернула руку и, зажав рот обеими ладонями, уставилась на рухнувшую в траву двора мумию колдуна Прокопа. Я, честно говоря, не меньше ошарашенный, уставился на нее. Это, блин… Мышка загрызла слона, истребитель завалил звездолет…

И этот самый момент, не дав мне прийти в себя, часть моих стрельцов решила ударить в спину оборотням.

Оборотни, осадившие здание, в котором оборонялась основная масса моих войск, не знали, что со смертью своего самого главного, им полагается разбегаться и сдаваться. Поэтому продолжали обстреливать терем из всего, что только могли. И если вы сейчас представили оборотней с мушкетами и пистолетами — то зря. Пользоваться Словами им, похоже, никто не запрещал, поэтому в ответ на, не такую уж и частую, стрельбу в сторону стрельцов летели ярко-зеленые искры, разряды молний, ледяные шипы, огненные шары и вообще все, что только можно наколдовать с помощью Слов.

А вот это — интересная штука. Один из оборотней выставлял в сторону противника раскрытую ладонь, с которой срывалось нечто вроде огненного веретена. И, судя по эффекту, это было самое мощное оружие из имеющегося арсенала оборотней. По крайней мере, эти огненные стрелы прожигали глубокие черные дыры в бревнах, вообще-то заговоренных от огня и пожара. Надо бы этого огнестрела взять живьем, чтобы…

Хлопнул выстрел и голова Огнестрела разлетелась в клочья.

… чтобы выпытать у него Слово… Ладно, уже пофиг.

Это мои, те, с кем мы сбежали из терема подземным ходом, не выдержали и решили помочь товарищам. И вот этот-то момент отряд стрельцов и выбрал, чтобы ударить.

Орущий — мы, русские, спокойно в атаку идти не можем — сверкающий саблями и алебардами ударный кулак стрельцов врезался в ряды оборотней, раскидывая их в стороны.

И даже после этого оборотни не побежали! Их было слишком много, похоже, Прокоп отправил на нейтрализацию моего войска большую часть войска своего. Стрелецкий кулак увяз в их толпе, стрелять было уже нельзя, чтобы не задеть своих, и моих людей начали рвать. От терема уже им на выручку рванулись остальные стрельцы, по которым больше не стреляли — хоть несколько человек все же полегло под очередным залпом молний и льда — силы почти выровнялись…

На помощь своим товарищам, оставив грызню и отбросив в сторону остатки бурых волков, рванулись серые волки, на бегу превращающиеся в людей, размахивающих саблями. Еще немного и они ударят в спину уже стрельцам…

А, нет. Бурые волки, изрядно потрепанные, в крови и шерстяных клочьях, отказались уползать и зализывать раны. Хромая и явно держась на морально-волевых, они побежали вслед за своими противниками, хватая их за ноги и уворачиваясь от клинков. Явно кто-то, превращенный, как и я.