Способна ли она использовать смерть как инструмент? Абсолютно верно.

И всё же… Пока что это лишь догадки. Только факты решают. А фактов у меня было ноль. Ничего.

Я плюхнулся на кровать, сцепив пальцы за головой, и долго смотрел в потолок.

«Если это сделал кто-то из нас — значит, следующей целью можетстать кто угодно. Даже я или кто-то из моих близких.»

Эта мысль окончательно вытолкнула из меня остатки расслабленности после ночи проведённой вместе с Алиной.

Я поднялся с койки.

— Надо проследить, — сказал я вслух. — За ними обоими. Но начать с Волгиной, она женщина, а значит точно более эмоциональная и сможет выжать себя.

Орлов вряд ли допустит, чтобы кто-то просто так следил за ним. Он слишком осторожен. А вот Волгина… Её холод — это броня, за которой можно что-то разглядеть, если знать, куда смотреть.

Я попросил у Ивана кое-что сделать для меня, амулет слежки. Оказалось, что он у него есть, когда-то выменял у алхимика на рынке ещё на малой родине. Он мог ненадолго маскируется в присутствие мага — приглушать его ауру. Это был единственны способ подобраться ближе. Завтра я начну. Узнаю, где они бывают, с кем говорят, когда исчезают. Если убийца среди нас — я обязательно его найду и остановлю.

В этот момент я поймал себя на странном чувстве.

Не страх. Не гнев. Азарт. Снова охота. Давно забытое, но такое приятное чувство.

Как будто охота только началась и впереди ждет все самое интресное

* * *

Как и запланировал, на следующий день начал вести своё собственное расследование по убийству. Выработал целую слежку. Сначала — за Волгиной. Она была умной девочкой. Даже слишком умной. И слишком тихой и спокойной, когда это было нужно. Как будто всё время прятала что-то внутри себя. Если кто-то мог скрыть такой поступок — то именно она, разумеется.

Я не пошел на тренировку, у меня было по важнее задача, с самого утра начал наблюдение. Волгина вышла из своего дома в городе около девяти утра, одетая строго, будто в гости к родителям или на исповедь. Я шёл за ней на расстоянии, стараясь особо не попадаться на глаза. Она свернула с тропы к академии, спустилась к южным вратам, оттуда — по узкой улочке вдоль реки. Потом — на трамвай. Я понял, что она едет в другую часть города.

Санкт-Петербург встречал нас моросью и пронизывающим, даже сквозь оджуду, ветром. Я держался за поручень и смотрел, как она сидит у окна, задумчивая, сжав губы. Не похоже на убийцу. Но слишком хорошо играет, если играет свою роль. Актриса достойная Оскара.

Мы сошли на «Лиговке». Она свернула в сторону одного бизнес-центра и через пару минут вошла в высокое здание с зеркальными стеклами. Я остался снаружи. Через двадцать минут из дверей одного из кабинетов вышел мужчина в дорогом пиджекс и сел рядом с ней рядом. Они обнялись. Тепло. Не как влюбленные.