«Если ты читаешь это — ты уже выбрал. Тень твой дом. Молчи. Жди. Ударь первым.»
Я захлопнул книгу. Снова ощутил, как библиотека будто выдохнула вокруг меня. Всё было тихо. Даже слишком тихо.
Я спрятал том под полой мантии. И только тогда заметил, как на одной из полок, где раньше была пустота, медленно погасла одна свеча.
Будто кто-то стоял там. Смотрел на меня. И ждал. Но теперь точно я знал, что это не враг. Это моя тень и мой союзник.
Глава 10
Наступила ночь. Академия снова спала, будто заколдованная. Где-то на южной её стороне, в оранжерее, по-прежнему пели ночные птицы — мелодия тонкая, неземная, а где-то внизу в подвалах, как говорили слухи, шептались старые проклятия. Мне было всё равно. Я сидел в своей комнате, задвинув наглухо шторы, налив себе крепкого настоя из мёда, гвоздики и капли яда правды — так называли редкую траву, что помогает не уснуть и фокусирует твоё сознание на поставленной задаче.
Передо мной лежал он. Кодекс Ассасина.
Снаружи он был ничем не примечателен — кожаная обложка, вытертая до серого, латунные застёжки и выжженный символ: коготь, рассекающий луну. Но стоило мне коснуться страниц, как вены на запястьях начинали гореть — не больно, а так, будто древняя кровь во мне отзывалась на этот зов из прошлого. На самом деле приятное ощущение. Будто мы с ним сливаемся в одно целое. В единый поток силы.
Я читал. Страницу за страницей, символ за символом. Не упуская ничего из своего внимания.
— Тень движется с ветром, но пронзает, как сталь.
— Бей не там, где враг силён, а там, где он спокоен.
— Молчание — лучший друг.
Каждая мысль была как выстрел в разум. Эти фразы не просто учили — они врастали в меня. Я чувствовал, как моё тело запоминает движения, как пальцы хотят сжаться в форме кулака и готовы были разбить любую стену, как дыхание само по себе выравнивается, как будто я готовлюсь к чему-то большему.
И тут мою идиллию нарушили.
— Ты чё, опять по ночам задротствуешь? — послышался знакомый голос, и дверь в комнату приоткрылась.
Это был Иван Мозгов.
На нем были помятые пижамные штаны с какими-то магическими жабами, волосы взъерошены, а на глазах отсутствовали уже ставшие привычными мне очки. Видимо мой друг готовился ко сну.
Я, не растерявшись, резко захлопнул книгу и как можно ленивее зевнул. Чуть не свело челюсть, как сильно я старался сделать это максимально не наиграно.
— Нашёл вот старую штуку в библиотеке. Думал, артефакт или что-то такое. А по факту — фигня. Страницы пустые. Ничего особенного. Видимо старая магия уже покинула их, или её никогда там и не было.