Да, пи...дец. И как только я мог проярить этот момент... Куда, бляха, мозги девал... Ну, берги, ну, суки... Да ладно, мы на их месте поступили бы так же. На лоха сыграли бы. Только в жизни б не подумал, что лохом этим окажусь я. И как же, мать их, некстати... Вот и принсипалом не успел стать. Интересно, кто меня первый возьмет за яйца - Вольфинг или Шляйфенбаум? А не один хрен?

Так, Мариана. Может мне как-нибудь поможет Мариана. Найдет какую-нибудь версию документа или еще что-нибудь там... Да я просто дебил. Да как она мне поможет, тем более, что на телефоне висит уже полчаса, мать ее за ногу. Еще и дверь закрыла, коза – где это видано, чтоб в секретариат дверь закрывать.

«Мариана, СРОЧНО нужна твоя помощь. Когда сможешь подойти? »

«Прости, как раз не могу. Тут г-н Нойхауз из Лондона звонит, обрабатываю один документ по его инструкции. Инсайдер-проект с чайниз уоллз, китайскими стенами. Он мне как раз кое-какие подробности диктует. Как освобожусь, сейчас же дам знать. »

Да это просто засада. И откуда только взялся хренов Нойхауз со своим инсайдером. А и не все ли равно, она в любом случае ничем не смогла бы мне помочь. Поэтому, когда Нойхауз наконец отваливает, и она прикатывает ко мне в кабинет, я вяло отмахиваюсь:

-Hatsicherledigt .

Уже не надо,мол. Все разрешилось само собой.

Хотя ни хрена там не разрешилось, конечно. Полный пипец. Интересно, меня сразу, прямо в Сочельник попросят с фирмы или только в новом году?

Ночью сплю плохо, мне почему-то постоянно снится Мариана. Сначала встречаю ее в офисе на кухне и вижу, с какой тоской она смотрит на кофейный автомат: «Что, скучаешь по кофе?» Вместо ответа она пожимает плечами и отворачивается, будто не может говорить. Затем спрашивает: «А знаешь, как пьют кофе в Перу? Заваривают заварку, такую крепкую бадягу, а потом разбавляют его. И целый день ее пьют. Как каффе американо. А вообще, они не могут себе позволить настоящий кофе». «М-да, так же, как индусы не могут позволить себе дарджилинг?» «Да. А мы вот можем». «Мы можем. И у нас тут любят перуанский кофе.» «Да, любят».

Пояснить, что когда я почему-то просыпаюсь от этого сна посреди ночи, меня тошнит от запаха пережженного перуанского кофе, которого я не заваривал?

Когда проваливаюсь снова, мне в следующем сне опять снится Мариана, теперь уже окруженная целой кучей теребящих ее фаринанчиков. Они вопят что-то на испанском. Когда мне снятся чьи-то дети, то это не к добру, кажется.

Но на сей раз я не удивляюсь и не гадаю, а, проснувшись ни свет, ни заря, совершаю пробежку по парку, чтоб хоть как-то проветрить башку, и только оранжевые фонари составляют мне компанию. Потом уже довольно бодро еду на работу. Надо встречать любой хандец с улыбкой. Да ладно, накосячил, так накосячил. Ну, не получилось. Может, в следующей жизни удастся сделать крутую карьеру в юридической фирме, а теперь – будь мужиком.