- Да тутRealschule , реальная школа на краю Эльзенбергер, за «Виллой», не видал?

Да, точно, есть там такое старинное, импозантное здание с башенками под остроконечными крышами, а вокруг него – дворик за металлической сеткой забора.

- Скоро?

- С августа. С нового их учебного года. Как продленка у них начнется – ну, не уроки с ними делать, конечно. Я ж языка не знаю... Там, присматривать за ними в обеденную перемену, в футбол играть. Не знаю еще, че...

- Блин, поздравляю.

- Было бы с чем, - он как-то нервно ежится, потом пожимает плечами.

- Ты чего - не рад?

- Была бы шея - ярмо найдется.

Да, вот так вот, думаю. Мне-то, видать, больше него нужно было.

- Ну ни хрена се, - усмехаюсь. – Че, прям кругом закадрить хотят?

Я вообще-то не такой. Вообще-то, по-нормальному, что бы я там сейчас ни подумал – промолчал бы из деликатности. Но тут меня словно пинает что-то.

- А тебе не один хрен, хотят-не хотят, - огрызается он.

Что это завелся так быстро. Псих.

- Да нет, «один хрен» конечно, - говорю. – Просто обрадовался. Мне показалось, что это реально нормальная вещь, и ты должен был бы тоже реально обрадоваться.

- Должен... никому я ниче не должен...

Вот, думаю, сволочь неблагодарная. Отморозок. Все так же усмехаюсь, хотя мне очень резко становится очень противно и даже хреново из-за того, что совсем недавно выкорячивался из-за него перед Эльти, как последний дебил. Он-то не знает, что в его случае это, блин, как если б какая-то нереальная сила из другого мира, с другой планеты пришла ему на помощь и выдрала бы из лап тупого правосудия, из которых таких, как он, вообще-то не выдирают, потому что они, как правило, на хрен никому не нужны. Да узнал бы, что это я его вытащил, поржал бы с меня только. Мне сейчас с самого себя ржать охота.

А он дальше гонит, чмо:

- Думаешь, это для меня подарок такой – сидеть тут в твоей сраной квартирке, радоваться, что на меня обратил внимание какой-то чистоплюй... землячок...

Это я, в смысле? Тварь. Совсем нюх потерял. Ненавижу, когда за базар не отвечают. Я всегда отвечаю, а этот... Да до него и не дое...ешься толком, что с него взять, больного. Прямо как если б я кому-то руку помощи протянул, а в меня за это дерьмом бросили.

- Ладно, - говорю ему, посмеиваясь, - остынь. Я тебе свое в морду не тычу, и ты мне не тычь. Мне, в отличие от тебя, никто жопу не подтирал уже очень и очень давно. И – вот мне пох...й, что ты или кто-то еще обо мне думает, но я всего добился сам.

Вот, бля, урод, довел... Не такой я, говорю же... Ни перед кем в жизни не понтовался, никогда... А перед этим меньше, чем перед кем-либо, хотел. Сам, гнида, меня заставил, теперь остановиться не могу: